Студопедия
Главная страница | Контакты | Случайная страница | Спросить на ВикиКак

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Этот файл получен Вами из клуба “Логобург” для личного использования.

Читайте также:
  1. I. Перечень товаров для личного пользования, запрещенных к ввозу на таможенную территорию таможенного союза и (или) вывозу с этой территории
  2. II. Перечень товаров для личного пользования, ограниченных к ввозу на таможенную территорию таможенного союза и (или) вывозу с этой территории
  3. IV. Закрепление полученного материала и завершение занятия
  4. Lt;variant> полученные выгоды в сопоставлении с затратами
  5. Lt;variant>управление различного рода естественными и технологическими процессами
  6. X возможности получения осужденным заработной платы или иного дохода
  7. а) найти уравнения прямых регрессии, построить их графики на одном чертеже с эмпирическими линиями регрессии и дать экономическую интерпретацию полученных уравнений;
  8. Административное право как отрасль публичного права.
  9. Ан-з технол-го пр-са получения МКИ. Контролируемые парам-ры
  10. Анализ лучшего и наиболее эффективного использования.

В.В.ДАВЫДОВ, В.П.ЗИНЧЕНКО, Н.Ф.ТАЛЫЗИНА

Вопросы психологии. 1982 № 4, с.61-65.

 

Категория деятельности является общепринятой в советской психологии. Дальнейшее развитие деятельностного подхода требует осознания пройденного пути, анализа сложившихся точек зрения на функции категории деятельности в системе психологической науки, выделения проблем, которые должны составить программу исследовательской работы советских психологов.

Диалектика материалистическая трактовка деятельности связана прежде всего с утверждением ее предметного характера.

Принцип предметности составляет ядро психологической теории деятельности А. Н. Леонтьева и его последователей. Предмет при этом понимается не как объект, существующий сам по себе и воздействующий на субъекта, а как «то, на что направлен акт... т. е. как нечто, к чему относится именно живое существо, как предмет его деятельности - безразлично, деятельности внешней или внутренней» [8; 49].

И далее: «Предмет деятельности выступает двояко: первично - в своем независимом существовании, как подчиняющий себе и преобразующий деятельность субъекта, вторично - как образ предмета, как продукт психического отражения его свойства, которое осуществляется в результате деятельности субъекта и иначе осуществиться не может» [9; 84].

Таким образом, деятельность человека характеризуется не только предметностью, но и субъектностью: деятельность субъекта всегда направлена на преобразование объекта, могущего удовлетворить определенную потребность. В деятельности заключено единство таких противоположных начал как объект и субъект. Чтобы понять их взаимопереходы, необходимо проследить за динамикой свершения акта деятельности.

А. Н. Леонтьев указывал на то, что предпосылкой, внутренним условием и вместе с тем регулятором конкретной деятельности выступает потребность,которая «толкает» субъекта к поисковым движениям, первоначально не направленным на определенный предмет. Здесь проявляется пластичность деятельности - ее уподобление свойствам независимых от нее объектов [4]. В процессе уподобления происходит «нащупывание» потребностью своего предмета, происходит опредмечивание потребности.

Далее деятельность субъекта направляется уже не самим предметом, а его-образом. Порождение образа рассматривается не как односторонний процесс воздействия объекта на субъект, а как двусторонний. Образ «...является результатом встречного «подражательного» процесса, который осуществляет как бы его опробование» [8;208].

Таким образом, практические контакты субъекта с внешним миром, а не простое воздействие последнего, порождают психическое отражение у субъекта. Принадлежность образов субъекту означает их зависимость от потребностей субъекта. В определение субъективного образа входят человеческая жизнь, практика. Одновременно происходит движение и в обратном направлении: деятельность субъекта переходит в «покоящееся свойство» ее объективного продукта.

Указанные особенности деятельности служат основой для преодоления как идеалистических, так и механистических концепций в психологии. Субъект и объект выступают как слагающие целостную систему, внутри которой они обретают присущие им системные качества.

Такое понимание категории деятельности позволило преодолеть «постулат непосредственности», характерный для представителей многих психологических направлений. Согласно этому постулату, состояние субъекта определяется непосредственно объектами по-следующей схеме: «...воздействие на рецепирующие системы субъекта возникающие ответные - объективные и. субъективные - явления, вызываемые данным воздействием» [9; 75]. При таком понимании субъект выступает как реактивное существо, всецело подчиненное воздействиям среды.

При деятельностном подходе субъект активно взаимодействует с объектом, «встречает» его пристрастно и избирательно. Другими словами, принципу реактивности противопоставляется принцип активности субъекта. Этот принцип позволяет преодолеть подход к человеку как лишь приспосабливающемуся к окружающим условиям существу, противопоставить этому подходу преобразующий, творческий характер деятельности человека.

Категория деятельности выступает в психологии в двух функциях: в качестве объяснительного принципа и в качестве предмета исследования, изучение основ первой функции было начато Л. С. Выготским и С. Л. Рубинштейном, а в дальнейшем продолжено А.Н.Леонтьевым, А. Р. Лурия и др. Исследование деятельности в качестве особого предмета также было начато Л.. С. Выготским и др., но особенно интенсивно в течение многих лет проводилось А. Н. Леонтьевым и его последователями.

При этом А. Н. Леонтьев подчеркивал, что «для Маркса деятельность в ее исходной и основной форме - это чувственно практическая деятельность, в которой люди вступают в практический контакт с предметами окружающего мира, испытывают на себе их сопротивление и воздействуют на них, подчиняясь их объективным свойствам» [9',20]. Главным методом изучения процесса возникновения и развития психического отражения стал анализ чувственно-практической деятельности, опосредствующей связь субъекта с реальным миром. Использование этого метода подтвердили справедливость тезиса Л. С. Выготского о том, что для объяснения сознания необходимо выйти за его пределы [5].

Загрузка...

Предметная деятельность как предмет психологической науки впервые была выделена С. Л. Рубинштейном. В дальнейшем А. Н. Леонтьев развил этот подход к предмету психологии. Он считал, что целостная деятельность субъекта как органическая система во всех ее формах и видах, в их взаимо переходах и трансформациях является предметом психологии. Психологический анализ деятельности состоит не в выделении из нее психических элементов для дальнейшего изучения, а в выделении таких единиц, «которые несут в себе психическое отражение в его неотторжимости от порождающих его и им опосредуемых моментов человеческой деятельности» [9; 13].

А. Н. Леонтьев писал, что задача состоит в построении «непротиворечивой системы психологии как конкретной науки о порождении, функционировании и строении психического отражения реальности, которое опосредует жизнь индивида» [9, 12]. Поскольку психическое отражение рассматривается как порожденное в процессе развития чувственно-практической деятельности, то оно не может быть понято вне целостной системы деятельности.

Принципиально важно, что генетически исходной формой для всех видов деятельности, в том числе и «внутренних» видов, является внешняя предметная деятельность. Внутренняя деятельность вторична, она формируется в процессе интериоризации внешней предметной деятельности. Этот переход совершается через систему преобразований, идущих по нескольким линиям. В этой связи необходимо отметить два важных момента.

Во-первых, в процессе интериоризации происходит переход не только от внешнего плана к внутреннему, но я переход от коллективной деятельности к индивидуальной (коллективная деятельность происходит как в виде совместной практической деятельности, так и в виде речевого общения).

Во-вторых, интериоризация состоит не в перемещении внешней деятельности в предшествующий ей внутренний план сознания, а в формировании самого этого плана.

Между внешней и внутренней деятельностью существуют постоянные взаимопереходы: имеет место как процесс интериоризации, так и процесс экстериоризации. Эти взаимопереходы возможны потому, что обе эти формы имеют в принципе единое общее строение. Открытие общности строения этих форм человеческой деятельности А.Н.Леонтьев считал «одним из важнейших открытий современной психологическойнауки» [9; 101]. Вместе с тем необходимо иметь в виду, что принципиальная общность строения внешней и внутренней деятельности как органической системы связана прежде всего с их генетическим родством, а не только и не столько с некоторым формальным совпадением их структур.

Отмечая особое значение для советской психологии положения о том, что внешняя и внутренняя деятельность имеют генетическое единство, следует вместе с тем подчеркнуть неразработанность многих вопросов, касающихся конкретных особенностей этого единства. Так, позиция А. Н. Леонтьева в этой проблеме связана с идеями Л. С. Выготского, согласно которым внутренняя деятельность индивида возникает на основе коллективной деятельности людей. Но до сих пор отсутствует сколь-нибудь значительное количество фактов, раскрывающих своеобразие возникновения индивидуальной деятельности на основе коллективной.

Обратимся к общей структуре деятельности, которая наиболее полно представлена в работах А. Н. Леонтьева (она стала особым предметом психологического исследования в его научной школе). Деятельность имеет следующие составляющие: потребность мотив цель условия достижения цели (единство цели и условий представляет задачу) и соотносимые с ними деятельность действие операции.

Категория целостной деятельности соотносима с понятием потребности и понятием мотива, с определением их предметного содержания. Поэтому о конкретной деятельности человека можно говорить только тогда, когда относительно какой-либо его активности выделены именно ее потребность и мотивы при достаточно четких характеристиках их содержания. И наоборот, если речь идет о потребности и конкретизирующих ее мотивах при определении их предметного содержания, то только этим психологическим образованиям соответствует та или иная деятельность, направленная на их удовлетворение (естественно, что в ином смысле термин «деятельность» употреблять в психологии просто нельзя).

Тот или иной мотив побуждает человека к постановке задачи, к выявлению той цели, которая, будучи представлена в определенных условиях, требует выполнения действия, направленного на создание или получение предмета, который удовлетворяет мотив и потребность. Характер выполняемого действия, направленного на решение задачи, определяется его целью, в то время как условия задачи определяют операции, необходимые для решения.

Особое внимание А. Н. Леонтьев обращал на изменение и трансформацию самой структуры деятельности как целостной системы. Так, деятельность может потерять свой мотив и превратиться в действие, а действие при изменении цели может превратиться в операцию. Мотив некоторой деятельности может переходить на цель действия, в результате чего последнее превращается в некоторую целостную деятельность. Постоянно происходят такие взаимные превращения: деятельность действие операция и мотив цель условия. Подвижность составляющих деятельности выражается также в том, что каждая из них может стать дробной или, наоборот, включать в себя ранее относительно самостоятельные единицы (например, некоторое действие может раздробиться на ряд последовательных действий при соответствующем подразделении некоторой цели на подцели).

Принципиально важно то, что в соответствии с трасформацией составляющих деятельности происходит дробление или объединение ориентирующих их образов. Следовательно, при сохранении целостности какой-либо деятельности происходит дифференциация и интеграция ее составляющих и связанных с ними образов[2].

Общая характеристика строения деятельности и взаимопревращений ее составляющих и связанного с ними плана отраження представляет, на наш взгляд, большой интерес для теоретической психологии. Это может послужить основой для дальнейшего тщательного исследования конкретных типов и видов деятельности и тех психологических образований, которые обеспечивают их построение и функционирование.

Предстоит большая работа, направленная на уточнение общей структурыдеятельности. В связи с этим возникает ряд трудных проблем, касающихся закономерностей взаимопревращения и трансформации составляющих деятельности, закономерностей перехода от одной деятельности к другой. Особенно остро стоит проблема методов исследования строения деятельности, взаимопревращения и трансформации ее составляющих, методов определения их предметного содержания.

С введением в предмет психологии самой предметной деятельности по-новому ставится вопрос об единицах психологического анализа. Этот вопрос в свое время был поставлен еще Л. С. Выготским. «Под единицей мы подразумеваем - писал Л. С. Выготский, - такой продукт анализа, который в отличие от элементов обладает всеми основными свойствами, присущими целому, и которые являются далее неразложимыми живыми частями этого единства... Психологии, желающей изучить сложные единства, необходимо понять это. Она должна заменить методы разложения на элементы методом анализа, расчленяющего на единицы» [2; 15-16].

Это означает, что анализ деятельности надо вести в таких единицах, которые сохраняют все специфические ее особенности. В качестве такой единицы выступает действие. Именно действие, строя любую деятельность, содержит в себе все ее специфические характеристики.

Действие в качестве единицы анализа деятельности было определено в работах А. Н. Леонтьева (см., например, [7]) и С. Л. Рубинштейна, который, обосновывая выбор такой единицы, писал, что для понимания многообразных психических явлений в их существенных внутренних взаимосвязях «нужно прежде всего найти ту «клеточку», или «ячейку», в которой можно вскрыть зачатки всех элементов психологии в их единстве» [12, 173]. Надо найти такое «психофизическое единство, - продолжает он, - в которое заключены основные моменты психики в их реальных взаимосвязях, обусловленных конкретными материальными условиями и взаимоотношениями индивида с окружающим его миром. Такой клеточкой является любое действие, как единица его деятельности» [12; 173]. Будучи актом практической и теоретической деятельности, «действие как «единица» деятельности, взятое в его психологическом содержании, - это акт, который исходит из определенных мотивов и направляется на определенную цель, учитывая условия, в которых эта цель достигается, действие выступает как решение встающей перед индивидом задачи» [12; 174].

Необходимо выделить ряд других требований к единице анализа. Так, эта единица должна не только выражать внутреннее единство психических процессов, но и позволять исследовать отношение отдельного процесса ко всей жизни сознания в целом и к его важнейшим функциям. К тому же единица анализа как генетически исходная «клеточка» должна иметь реальную чувственно-созерцаемую форму. В связи с этим в качестве генетически исходной единицы анализа в психологии может выступить чувственно-предметное действие [6].

Не касаясь других проблем, связанные с единицами анализа в психологии отметим, что рассматриваемая проблема прямым образом связана с вопросом о психологическом языке, с вопросом о систематике в психологии. Реализация деятельностного подхода предполагает построение всего здания психологической науки на языке теории деятельности. В связи с этим важно указать на ряд тенденций в советской психологии, которые, на наш взгляд, препятствуют такому ее построению.

Во-первых, все еще сохраняется тенденция к использованию языка функционалистской психологии с заменой слова «функция» словом «деятельность», хотя ни одна функция сама по себе не может быть ни деятельностью, ни действием как тем единством, в котором заключены основные моменты психики в их реальных взаимосвязях [14].

Во-вторых, признается допустимость сосуществования в психологии двух языков. Эта тенденция ярко выступила в работах С. Л. Рубинштейна. При подходе к одной и той же психологической реальности он предложил вести анализ как на языке деятельности, так и на языке процессов. «...Мышление рассматривается как деятельность, когда учитываются мотивы человека, мышление выступает в процессуальном плане, когда изучают... те процессы анализа, синтеза, обобщения, посредством которых разрешаются мыслительные задачи» [13; 256-257].

В-третьих, идет процесс привнесения в психологию понятий ряда других наук, не всегда даже смежных с нею.

Таким образом, мы считаем, что проблему языка и стоящую за ней проблему единиц анализа нельзя недооценивать, так как за ними стоит вопрос о понимании предмета психологического знания. Как было сказано выше, категория предметной деятельности выполняет в психологии две функции: как объяснительный принцип и как предмет исследования. В связи с этим Э. Г. Юдин справедливо отмечает, что переход от использования категории деятельности в качестве объяснительного принципа к ее использованию в качестве предмета изучения составляет далеко не тривиальный вопрос. При выполнении первой функции категория деятельности служит источником и основанием объяснения. «Когда же ее начинают рассматривать как предмет объективного научного изучения, то в рамках этого предмета, в свою очередь, должен существовать какой-то объяснительный принцип, который на этот раз уже будет объяснять саму деятельность» [I5; 57].

При рассмотрении вопроса о предмете психологической науки необходимо учитывать ряд обстоятельств. Во-первых, А. И. Леонтьев отмечал, что предметная деятельность не вся, неполностью входит в собственно предмет психологической науки [9]. Больше того, А. И. Леонтьев прямо говорит о том, что психология - это наука о порождении, функционировании и строении психического отражения. На первый взгляд эти два подхода к предмету психологии выглядят как противоречащие друг другу. На самом деле здесь противоречия нет, хотя и требуется уточнение.

Дело в том, что диалектика-материалистическое понимание психического отражения не позволяет изучать его вне системы целостной деятельности. Психолог должен иметь дело с этой целостной системой - именно она должна быть для него «открытой книгой». И только переворачивая ее страницы, он может узнать, как порождается психическое отражение, как оно функционирует.

В этой связи особого внимания заслуживает подход П. Я. Гальнерина к предмету психологии, который считает, что собственно предметом психологии является ориентировочная часть предметной деятельности. Факты, накопленные в современной науке, дают основание полагать, что само порождение психического отражения происходит при решении субъектом задач в таких условиях, которые требуют задержки выполнения действия и его «проигрывания» в плане отражения [1], [3], т. е. выполнения своеобразной ориентировочной деятельности.

Подход Л. Я. Гальперина к этой проблеме показывает, что категория деятельности как объяснительный принцип может выполнить свою функцию только в том случае, когда учитывается ее целостное системное строение, без чего ее ориентировочная часть не может быть адекватно изучена.

В последнее время в советской психологии ставится вопрос о расширении ее категориальной базы. Так, Б. Ф. Ломов [10] считает, что при построении основ психологии наряду с категорией деятельности необходимо использовать и другие категории, в числе которых он называет отражение, общение. Кроме того, предлагается ввести системный подход в психологическое исследование. Однако, согласно теории А. Н. Леонтьева, все эти категории имплицитно содержатся именно в категории деятельности.

Как было показано выше, деятельность системна по самой своей природе. Поэтому адекватное ее изучение возможно только при системном подходе к ней, при анализе таких ее единиц, которые обладают системными качествами. Образ (психическое отражение) всегда занимает существенное место в системе деятельности,- в отрыве от нее нельзя понять ни его генезис, ни его функционирование. Что касается общения, то оно выступает в деятельности в нескольких функциях. Так, оно составляет переходную форму деятельности на пути ее трансформации из .коллективной в индивидуальную. Общение органически включается в коллективную деятельность. Наконец, оно само является важнейшим видом человеческой деятельности.

Таким образом, все указанные категории могут быть выведены из предметной деятельности как исходной психологической категории.

Проведенный анализ показывает, что деятельностный подход в психологии, развиваемый А. Н. Леонтьевым радикально меняет представление о предмете психологической науки, ее методе, а тем самым и об единицах психологического анализа, ее языке.

Вместе с тем в работах Алексея Николаевича сформулированы лишь исходные принципиальные положения, реализация которых в конкретно-психологическом плане требует целого ряда уточнений. Особую задачу составляет соотнесение взглядов А. Н. Леонтьева на место категории деятельности в психологии с позицией Л. С. Выготского, С. Л. Рубинштейна, П. Я. Гальперина, а также ряда других психологов, внесших свой вклад в развитие деятельностного подхода в советской психологии.

 

 

1. Бернштейн Н. Л. Очерки по физиологии движений и физиологии активности. - М, 1966.

2. Выготский Л. С. Собр.соч. т.2, М, 1982.

3. Гальперин П. Я. Введение в психологию. М., 1976.

4. Давыдов В. В. Категория деятельности и психического отражения в теории А. И. Леонтьева. - Вестник Моск. ун-та. Серия 14. Психология. № 4, с.25-41.

5. Давыдов В. В., Радзиховский Л. A. Теория .И. С. Выготского и деятельностный подход в психологии. Вопросы психологии 1980; №6, 1981; № 1, с.48-59.

6. Зинченко В.П. Идеи Л.С.Выготского и о единицах анализа психики, Психологический журнал, 1981, т.2, №2, с.118-133.

7. Леонтьев А.Н. О некоторых психологических вопросах сознательности учения. Советская педагогика, 1946, .No 1--2.

8. Леонтьев А. Н. Проблемы развития психики. 4-е изд., - М., 1981.

9. Леонтьев А. Н. Деятельность. Сознание. Личность. - М., 1975.

10. Ломов Б. Ф. Категория общения и деятельности в психологии. - Вопросы философии, 1979, № 8.

11. Рубинштейн С. Л. Проблемы психологии в трудах К. Маркса. -Психотехника, 1934,№ 7.

12. Рубинштейн. С. Л. Основы общей психологии. - М., 1946.

13. Рубинштейн С. Л. Бытие и сознание. -М., 1957.

14. Талызина Н. Ф. Управление процессом усвоения знаний. -М., 1975.

15. Юдин Э. Г. Понятие деятельности как методологическая проблема - Эргономика. Труды ВНИИТЭ, 1976, № 10, с. 81-88.

 


[1]Статья написана на основе текста доклада, сделанного авторами 14 мая 1981 г. на методологическом семинаре Общества психологов СССР, состоявшемся на факультете психологии МГУ.

 

[2] Необходимо отметить, что Л. Я. Гальперин [3], Н. Ф. Талызина [14] и др. выделяют в деятельности, равно как и в действии, три части: ориентировочную, исполнительную и контрольно-корректировочную.

 

Этот файл получен Вами из клуба “Логобург” для личного использования.


Дата добавления: 2014-12-20; просмотров: 24 | Нарушение авторских прав




lektsii.net - Лекции.Нет - 2014-2017 год. (0.197 сек.)