Студопедия  
Главная страница | Контакты | Случайная страница

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

ПОЛИТИКЕ – НЕТ!

 

Иногда мне кажется, что я прожил не одну, а целых десять жизней. В отличие от обычных людей я устроен как‑то по‑другому. Моя судьба – узнавать жизнь не через книги или фильмы и не через советы старших мудрых товарищей, а через свои практические ошибки, падения и катастрофы. Так получилось и с политикой.

В августе 1998 года в нашей стране разразился очередной кризис. Как и большинство россиян, я проснулся утром нищим: были потеряны сотни миллионов долларов, появились огромные долги, растаяли, как мираж, блестящие перспективы. Меня снедало разочарование, боль и обида.

Дорогой читатель, я нисколько не кривлю душой, но для меня бизнес значит намного больше, чем прибыль, оборот и другие экономические показатели. Они, безусловно, важны, но не это самое главное. Для меня бизнес – это всегда ребенок, живое существо, которое ты рождаешь, выращиваешь, воспитываешь, и не в одиночку, а целой командой. Это такой коллективный большущий‑большущий ребенок, в которого мы вкладываем свое время, свою любовь. Иногда ребенок болеет, и мы не спим ночами, ищем лекарство, которое сможет вывести нашего ребенка из кризиса. Иногда он побеждает на соревнованиях по достижению прибыли, и мы вместе с ним радуемся.

И вот очередной кризис. Кто‑то из хитрецов создал огромную финансовую пирамиду под названием ГКО. И в какой‑то момент, когда пирамиду уже невозможно было поддерживать, взял и обрушил эту простую и эффективную систему сбора денег. Конечно же, заработав при этом невероятные деньги, попросту вынутые из карманов огромного количества людей.

Для меня это было третье серьезное разорение. Я упал с невероятной высоты, и не просто на землю, а в глубокую‑глубокую яму. Да так упал – как говорят в народе, костей не соберешь. Когда ты разоряешься по своей вине, тебе очень обидно, но в конце концов, ты понимаешь, что это твоя собственная ошибка. Но когда ты переживаешь уже третье «кидалово» со стороны чиновников, сначала от «павловской» реформы, затем в так называемый «черный вторник», и, наконец, августовский кризис… Я упоминаю только наиболее крупные кризисы, затронувшие всю Россию, всех наших людей. А уж мелкие «кидалово» в нашей стране проводились чуть ли не каждый месяц. Прибавьте ко всему этому часто принимаемые впопыхах, несовершенные законы, недальновидные реформы, нечистоплотных политиков…

Разочарование, обида и боль увеличиваются в десятки раз.

Когда человек занимает активную позицию, это сказывается во всем: от частной жизни до политики. Я в этом отношении – неисправимый оптимист. По моему мнению, в жизни всегда надо стараться что‑то изменить к лучшему. Неважно, помочь одному человеку или же повернуть ход развития нашей многострадальной страны. Я рожден что‑то усовершенствовать, что‑то изменять в лучшую сторону. Моя мечта – великие дела, великие свершения.

Так как мой бизнес – мое дитя – в третий раз умирал на моих глазах, я уже точно знал, кто убивает моих детей, кто уничтожает все, что создаем мы: тысячи работников нашей дружной компании и тысячи‑тысячи работников других таких же компаний, предприятий, банков.

Я знал: это делают политики.

Значит, вывод простой, решил я, – нужно самому стать политиком и все изменить. Изменить не только для себя, но и для всех людей нашей матушки‑России.

Мои родные и близкие начали меня отговаривать, мои старшие умные товарищи убеждали: «Не делай глупостей, политика – это грязь, ты испачкаешься, а сделать ничего не сможешь».

Но я же Фома неверующий, я не могу согласиться с мнением большинства. В то время я воспринимал политику сквозь призму таких исторических деятелей, как Рузвельт, Черчилль, Сталин, Вашингтон, Линкольн, в общем, тех героев, которым удалось перекроить карту земли и оставить после себя неизгладимый след в истории цивилизации. Я зачитывался их биографиями, мемуарами, с воодушевлением анализировал их поступки, их решения. Примерял их к нашей действительности.

Чтение книг о великих политиках изменяет масштаб мышления, заставляет мыслить категориями великих дел. Это очень вдохновляет. Особенно таких романтиков и мечтателей, как я. Мне казалось, чистые помыслы в сочетании с эффективными решениями могут реализовать большие цели и направить развитие страны в позитивном направлении. Мне казалось, что в нашем правительстве просто не хватает трезвых управленцев, способных непредвзято и честно вершить историю без оглядки на принадлежность к правящей партии и старые советские воззрения.

Но, окунувшись в реальную политику, я могу сказать только одно: не верьте тем, кто говорит, что политика грязное дело.

Загрузка...

Это очень грязное и вонючее дело. Но расскажу все по порядку.

Отрицательный результат – тоже результат. Так говорят ученые, и я совершенно с этим согласен. Нет в жизни плохого и хорошего, есть только бесконечный путь познания. Мой поход в «большую» политику, который отнял у меня четыре месяца жизни, обернулся увлекательным и интересным приключением, еще одной школой мудрости. Если бы сегодня передо мной стоял выбор – повторить эту глупость еще раз или нет, я клянусь вам, я обязательно прошел бы этот путь, так много интересного я почерпнул для себя, так много узнал. Потери, собственно, были небольшими, всего лишь четыре месяца, но опыт, который я приобрел, по‑настоящему бесценен. Вы даже не представляете, как сильно он отличается от книжного опыта.

Я всегда делаю для себя такой тест: когда мне нужно оценить какой‑то этап в своей жизни, я мысленно возвращаюсь в тот момент, когда принял ключевое решение. Если мой разум, мое сердце говорит, что я снова пошел бы тем же путем без колебаний, без сожалений, то я предполагаю, что решение было правильным.

Итак, солнечным, морозным, ноябрьским утром 1998 года я принял решение создать собственную партию, изменить страну, изменить жизнь 140 миллионов людей.

Первое, с чего начинается партия, это название. Как же харизматичный амбициозный лидер может назвать свое детище? Форд назвал свои автомобили «Фордом», я же называю свою партию – «Партия Владимира Довганя». Расчет был простой. Через телевидение, газеты, водку и другие продукты «Довгань» мое имя в тот момент было уже раскручено – почему бы не использовать ресурс узнаваемости!

Доводы моих друзей, что я испачкаюсь в политике сам и испачкаю свою торговую марку, меня, в общем‑то, мало убедили. Не потому, что в тот момент я все трезво рассчитал, просто я был упрямым.

Итак, имя партии есть, флаг партии нарисовал наш замечательный дизайнер, и теперь самое главное, чего нам не хватало, это национальной идеи, лозунга. Как, собственно говоря, и самой цели, что же мы должны в конечном итоге изменить в нашей несчастной стране.

Нужна была какая‑то фраза, которая зажгла бы сердца наших сограждан, национальная идея, которую наши уважаемые политики ищут полтора десятилетия, но найти так никто и не смог. И это ужасно! Ведь национальная идея – это координаты, куда политики ведут или обещают привести огромный корабль под названием «Россия». Но если ни у одного политика нет направления, ориентира, куда плыть, то для нас с вами – народа России – это настоящая трагедия.

Я так поступить не мог. Поэтому сначала мне нужно было определить для себя, куда я как лидер веду людей. Если в бизнесе это десятки тысяч человек, то в России это больше 140 миллионов. Естественно, ответственность увеличивается в сотни раз и цель должна быть четкой, ясной, понятной и простой. Но поиск этой цели требует особого таланта, знаний и особой удачи.

Давайте вспомним переломный момент в современной истории Америки. В 1929 году там разразился страшнейший кризис – на фондовом рынке был раздут огромный финансовый пузырь, который лопнул, и для большинства американцев начался настоящий ад. Экономика страны была полностью парализована: один за другим разорились банки, люди ломились в запертые двери, но не могли получить ни копейки. Закрылись фабрики, заводы. Люди приходили с утра на работу, но ворота были наглухо закрыты. Людям нечего было есть, негде работать и не к чему стремиться. То тут, то там вспыхивали стихийные бунты. Общество, словно тугую пружину, стянуло страхом и ненавистью. Начались погромы, ограбления магазинов, пышным цветом расцвел криминал – страна катилась в пропасть. Америку захватила «великая депрессия».

В этот момент около 40 тысяч ветеранов войн, пенсионеров, инвалидов собрались в стихийный марш‑протест на Вашингтон. Эти люди требовали не улучшений в жизни, а просто жизни, потому что они страдали больше всех. В войнах во имя Америки они потеряли здоровье, стали инвалидами, а страна их просто «кинула». Как же этих несчастных ветеранов встретило правительство? Пулеметами. На площади, где собрались митингующие, осталось множество убитых и раненых.

В такое время – время перемен и рождаются яркие харизматичные лидеры. В ожидании предстоящих выборов Франклин Делано Рузвельт со своим штабом готовился к последним дебатам, к последним выступлениям, от которого зависело, станет Рузвельт президентом или нет. Нужно было указать стране выход из кризиса. Было просто необходимо найти ни много ни мало – новую национальную идею.

Но идея не приходила. Уставший Рузвельт пошел спать. Ему нужно было отдохнуть перед последней битвой за президентское кресло. Команда же осталась работать. И где‑то около четырех часов утра одному из помощников пришла в голову фраза «Новый путь!», на которую поначалу никто не обратил внимания. Но затем, по здравом размышлении, именно эти слова решили сделать основой всей выборной кампании.

На следующий день эта фраза прогремела на всю страну. Рузвельт пропустил ее красной нитью через все свое выступление. Может быть, именно эти два слова и позволили ему стать одним из величайших президентов США, четырежды избранным на этот высокий пост. Во всех штатах, во всех больших и малых городах Америки, на самых отдаленных ее фермах и ранчо люди подхватили: «Новый путь!»

Новый путь в политике, новый путь в экономике, новый путь в сельском хозяйстве, новый путь в образовании, – эта фраза дала энергию всей Америке, вдохновила людей, зажгла невероятным энтузиазмом. Но заметьте, дорогой читатель, на тот момент ни команда Рузвельта, ни сам Рузвельт не знали, как они будут выводить страну из кризиса, у них не было ни четко прописанных программ, ни скорректированных по срокам, отраслям и регионам планов, в активе у них была одна только фраза «Новый путь!». Рузвельт выиграл выборы, и с этих двух слов началась новая Америка и новая мировая история.

Точно так же и моя команда лихорадочно искала фразу, которая могла бы вдохновить наших дорогих сограждан в тот невеселый постдефолтовский период. В команду мне удалось собрать одних из самых ярких, умных, талантливых людей России. Это была поистине удивительная работа. Мы горячо спорили. Каждый предлагал свой путь развития нашей страны. Каждый предлагал свои невероятные идеи, как сделать жизнь для миллионов людей в нашей стране интересней и лучше. Мы спорили, мы обсуждали, мы росли. Мы становились умней. Но в команде всегда есть кто‑то, кто видит дальше и глубже. Таким интеллектуальным лидером оказался Владимир Борисович Толстогузов – мой близкий друг и учитель, человек, которым я безгранично восхищаюсь и которого безгранично люблю.

Владимир Борисович предложил гениальную фразу и, соответственно, гениальную идею: сделать россиян самыми богатыми людьми в мире. Богатыми не только финансово, но и духовно, интеллектуально.

Эта идея и стала лейтмотивом нашей предвыборной кампании. Если бы мы рассматривали страну как фирму, а, на мой взгляд, в политике так и нужно действовать, потому что будет ясность в отношении финансов и самих планов, то в бизнесе это звучало бы так: «Наша компания поставила перед собой цель – стать на рынке компанией номер один!» Согласитесь, звучит здорово! Любой руководитель фирмы или компании, который не ставит перед своим коллективом амбициозных, высоких целей, не понимает абсолютно ничего и в бизнесе и в жизни. И вот наша группа, во главе со мной, поставила, может быть, самую амбициозную и простую цель перед Россией – стать самыми богатыми в мире.

Так как телевидение является решающим ресурсом в ведении современной предвыборной кампании, мы не стали изобретать велосипед. Мы сняли очень короткий и убедительный ролик. Представьте: стоит огромная очередь в большое здание, на здании висит вывеска «Партия Владимира Довганя», затем появляюсь я и уверенно, потому что я действительно в это верю, говорю: «Я сделаю вас самыми богатыми людьми в мире!» Наш мудрейший, гениальнейший Игорь Львович Якименко очень быстро организовал съемку этого телевизионного ролика, запустил его в прокат, и уже через три недели мы пожинали удивительные плоды своего успеха.

Всего лишь за восемнадцать дней к нашей новорожденной партии, по независимой оценке, склонились симпатии 4,5% избирателей России! Это было чудо, это была настоящая победа – приобрести около пяти миллионов сторонников при смешном и очень маленьком бюджете! Значит, наша идея нашла реальный отклик в сердцах сограждан! Другие партии тратили сотни миллионов долларов, начинали готовиться к предвыборной борьбе за два‑три года, использовали махинации, «грязные» технологии и вели всяческие закулисные интриги. Мы же потратили всего лишь 200 тысяч долларов – просто на тот момент у нас не было денег, мы были нищими, а привлечь со стороны удалось всего лишь такую маленькую ничтожную сумму. Но для амбициозных энтузиастов и такая маленькая сумма является серьезным ресурсом даже в борьбе за целую страну.

Что нас еще больше вдохновляло, так это то, что в отличие от Рузвельта в момент выхода на политическую арену у нас был четкий план действий. Мы точно знали, как мы это сделаем. И поверьте, дорогой читатель, если бы сегодня удалось воплотить в жизнь хотя бы треть наших разработок и идей, даже этого хватило бы сделать россиян самыми богатыми людьми в мире. Но есть народная мудрость, которая говорит, что «если бы да кабы, во рту выросли грибы»…

Я не буду, дорогой читатель, пересказывать все идеи, которые касаются предложенных нами реформ политической, социальной и экономической жизни страны. Это займет не одну книгу, а ваше время для меня дорого. Скажу только, что сегодня мы узнаем многое из своих разработок в политике стран «восточных тигров», которые смогли за десятилетие превратить Юго‑Восточную Азию в один из самых динамично развивающихся регионов мира.

Окрыленные успехом, мы решили обнародовать наши идеи и подготовили большую пресс‑конференцию. Организовал ее мой друг и моя родная душа Владимир Викторович Капелькин. Это один из самых благородных людей на земле, которых я когда‑либо встречал. Человек, может быть, с самым большим сердцем в мире. Профессионал, большая умница, трудяга, человек, рядом с которым все становятся чуточку мудрее и светлее. На многочисленной пресс‑конференции присутствовали журналисты ведущих изданий, телевидение и радио. В их глазах я читал неприкрытое любопытство, все они жаждали узнать, почему успешный бизнесмен решил обратиться к сугубо общественной сфере, какую сенсацию я им сейчас преподнесу.

Но самая большая сенсация ожидала меня самого. Именно на этой пресс‑конференции и обнаружилось, что политика – это не мой удел. Когда летчик проходит отбор на космонавта, его сажают в центрифугу и раскручивают, чтобы определить степень нагрузки, который он может вынести. У людей, обладающих слабым вестибулярным аппаратом, даже от незначительных перегрузок появляются тошнота и рвота. Они могут быть лучшими в мире пилотами, но в космосе на первый план выходят не твои навыки и таланты, а элементарное устройство организма.

Со мной произошло то же самое. Пресс‑конференция длилась приблизительно 30‑40 минут, но в первые же пять минут у меня появилось тошнотворное предчувствие, что меня вот‑вот вырвет. Не от вопросов, которые мне задавали. Должен заметить, что многие вопросы были даже, скорее, сочувственными. Не от ощущения, что сейчас на тебя направлено око всего мира. И уж совсем не оттого, что я в несколько коротких фраз должен был уместить все наши идеи и разработки. Нет.

От моих ответов. Я начал врать, врать и еще раз врать. На двадцатой минуте пресс‑конференции я уже ненавидел себя, я был противен сам себе, потому что я не мог говорить людям правду. Умом я понимал, что если я скажу правду, то на этом моя политическая карьера сразу закончится. И мне приходилось врать, мне приходилось выстраивать образ, который бы обеспечил мне голоса наших граждан.

Дело в том, что до этого я уже привык жить по одному принципу – думать, говорить и делать одно и то же. Это удивительный принцип. Дорогой читатель, если вы попробуете прожить по этому принципу хотя бы несколько месяцев, то вы обнаружите, что вы найдете сами себя, что вы станете самим собой. Целостность мысли, души и тела является залогом развития внутри вас великой силы. Но на пресс‑конференции впервые за многие эти годы я перестал быть самим собой: мозг мне говорил одно, слова я произносил другие, думал о третьем, а сердце, бедное мое сердце, разрывалось на части и не понимало что происходит.

Душа моя умирала. Душа получала от моего разума страшные удары, и все это состояние, которое я переживал, я не забуду никогда – казалось, земля уходит из‑под моих ног.

Почему мне приходилось врать? Да вы и сами понимаете это не хуже меня. Я не мог сказать людям с экранов телевизоров, что мы с вами, дорогие друзья, лентяи, что мы пьяницы, что мы воры, что мы бездельники, что мы с вами коррупционеры. Мой ум подсказывал, что ты должен объяснить людям, как ты их сделаешь богатыми, но при этом ни в коем случае нельзя обидеть этих людей, дорогих избирателей, а, наоборот, хвалить их, хвалить и еще раз хвалить. Найти образ врага, клеймить этого врага заклятиями, критиковать его, но не в коем случае не говорить людям, что враг внутри нас с вами, внутри каждого из нас. Тогда человеку нужно перестраивать себя, менять стереотипы, а люди этого не любят.

Если бы я говорил правду, то каждый человек, который слышал бы меня, понял, что он сам, а не какой‑то злой политик или исторический ход событий, виноват в том, что происходит в нашей стране, и надо начинать перестраивать мир с себя. Конечно же, с таким подходом за тебя никто не проголосует. Ведь люди всегда ждут доброго царя, доброго президента, который сможет легко совершить чудо – и всем станет хорошо. Вспомните народную сказку про Емелю. «Пошел Емеля к проруби, зачерпнул воду, а там щука. Взмолилась щука и говорит: „Отпусти меня Емеля, я исполню любое твое желание!“ И какие же желания были у нашего мифологического, а, скорее всего, исторического предка? Сидеть на печи и ничего не делать! Даже для того, чтобы получить в жены прекрасную Царевну, он приказывает: „Печь, сама вези меня во дворец“. (!) Образ полного бездельника, тотального лентяя…

Мы такие, какие есть. Весь уклад нашей жизни отражен в наших сказках, нашей религии, нашем сознании. И сегодня люди точно так же ждут чуда, манны небесной, ждут сошествия Царства Небесного, не желая преобразить свое собственное сознание, свою жизнь. О том, что огромное большинство людей предпочитает жить в общем созерцательном потоке, а не самим выбирать свой путь, говорят и социологи. 95 процентов людей не могут четко сформулировать свои цели. 95 процентов не могут сказать, что они должны сделать, чтобы прийти к счастью, реализовать себя как уникальную, единственную в своем роде личность.

Как это объяснить с телевизионных экранов? Ведь 95 процентов избирателей воспримут эту горькую правду как оскорбление и унижение. Всегда легче найти изъян в одном человеке, чем среди большинства. Так происходило, к примеру, в колыбели демократии – Древней Греции, когда умнейших из философов, не сумевших угодить слепому большинству, навсегда изгоняли из государства, подвергали остракизму. И только по прошествии веков, когда ход истории подтверждал правоту этого человека, его возвеличивали и ссылались на него. Но, как сказал Черчилль, государственный муж думает о десятилетиях жизни государства, а политик – только о следующих выборах. Так и я должен был играть роль политика и сидеть, врать и врать.

Когда пресс‑конференция закончилась, мы с Владимиром Викторовичем вышли на улицу. Была пасмурная, промозглая зимняя погода. Я попросил его прогуляться вместе со мной. Мы шли, и я повторял одно и то же: «Все! Надо с этим заканчивать. Это не мое. Может быть, я и стану политиком, может быть, я и добьюсь высоких государственных постов, может быть, мне даже удастся что‑то сделать, но я перестану быть самим собой, я убью самого себя ложью, обманом, грязью, я разрушу свою душу». Я не мог пожертвовать всем тем, что я строил столько лет, что я создавал внутри себя. Я не мог пожертвовать своим счастьем – счастьем быть самим собой – делать, думать и говорить одно и то же.

Но самое главное, что я понял в процессе выборов, было то, что, оказывается, в политике человек может сделать еще меньше, чем в бизнесе. Да, бизнес зависит от политиков: если они делают государственный дефолт, то бизнес страдает. Но самое удивительное то, что от самих политиков мало что зависит. Об этом знают немногие, редкий человек об этом задумывается, но политика сегодня превратилась в виртуальную реальность. Это своего рода эрзац‑жизнь, это какая‑то игра для взрослых детей.

Политики сегодня живут ради себя. Они, конечно, ведут эту игру по каким‑то своим законам, там принято соблюдать какие‑то правила, и все это делается так важно, так внушительно – с использованием средств массовой информации, с выступлениями в газетах и радио, с большой помпой.

Но в этой игре государство, по большому счету, не выигрывает. Люди, живущие в этой стране, в этой игре не выигрывают. Мы с вами, граждане, только позволяем политикам играть в эту странную игру ради, может быть, внешних признаков: видимости гражданского общества, видимости участия в выборах властей, видимости защиты прав человека, видимости защиты бизнеса. Но в реальности дело обстоит вовсе не так хорошо и красиво, как это выглядит в предвыборных обещаниях. Как, к примеру, в Англии королевский дом служит чем угодно: брендом государства, источником привлечения туризма, символом традиций, но реальную власть в стране вершат совсем другие люди.

Горстка несчастных политиков играет не только с властью. Они играют с собственной душой. Подобно наркоманам, они счастливы только тогда, когда припадают к власти. Они живут для себя и ради себя. Наверное, это какой‑то психологический феномен, но среди них я не встречал ни одного светлого, честного человека. Это невозможно по определению. У них не может быть собственного «я», у них нет возможности быть самими собой, говорить правду, они должны послушно следовать воле большинства и предавать сегодня то, что они говорили и думали вчера. Иначе их не выберут, иначе их отрешат от источника блаженства – власти.

От этой тотальной лжи, лжи, возведенной в принцип, их души страдают. Их души становятся все меньше и меньше, чернее и чернее, а затем просто умирают. Мы с вами на экране телевизоров видим пустых людей, оболочки, запрограммированные на ложь. Да простят меня наши дорогие политики, они как зомби вынуждены играть по правилам, которые расходятся с их пониманием мира.

Какие качества мы ценим в людях? Доброту, искренность, мудрость, ум, порядочность. А какие – в политиках? Изворотливость, жестокость, хитрость, способность манипулировать, пронырливость, абсолютную аморальность. От этих качеств зависит, смогут ли они пробить нужный законопроект, стать влиятельной персоной в «большой» политике. Кто проявил подобные качества в полной мере, тот и пользуется большим авторитетом, к такому идут бесконечные ходоки. К примеру, Бенджамина Дизраэли, крупнейшего политика времен викторианской Англии, при жизни называли величайшим авантюристом, так много сомнительных махинаций он успел провернуть за время своей политической карьеры.

Как говорят, каждый народ имеет такую власть, какую он заслуживает. Поэтому я ни в коей мере не хочу сказать, что это я такой чистенький, белый и пушистый, а политики – плохие люди. Каждый из нас грешник, каждый из нас имеет огромное количество недостатков, но кто‑то в этом может признаться и проявить тем самым честность, силу характера, а кто‑то нет. В глубине души, дорогой читатель, мы действительно все грешники. Политики – это зеркало общества. Мы как бы делегируем этим несчастным людям самые плохие свои качества и, соответственно, получаем то, что получаем.

Я же, как свободный человек, исхожу совершенно из других критериев – буду я счастлив или нет. Будет моя душа светла или нет, проживу ли я жизнь в гармонии с самим собой, смогу ли за прожитую жизнь создать самого себя и что останется после меня людям.

Это главные критерии, которые определили мой уход из политики. Тридцати минут сильнейшего шока мне хватило для того, чтобы испытать страшную боль, которую я и сегодня, спустя много лет, вспоминаю с содроганием. Я понял, что ничего сделать и ничего оставить после себя просто будет невозможно, и потому я не хочу иметь ничего общего с этим виртуальным миром. Моя же миссия, моя цель – оставить после себя дело, которое будет жить веками, тысячелетиями, столько, сколько жить будет и наша матушка‑земля.

Какое же радостное облегчение я почувствовал, приняв это решение! Какое чувство счастья я испытал, вернувшись к оставленным мной делам, чувство соприкосновения с чем‑то здоровым, радостным, наполненным жизнью!

Я не раз удивлял своих друзей, свою команду бесповоротностью принятых мной решений. В тот раз произошло то же самое. Придя на следующий день в офис, я собрал всех своих друзей, всех своих соратников, да простят они меня, и объявил им, что мы закрываем политику: «Я не могу быть политиком. Я благодарю вас всех за то, что вы меня поддержали, за то, что вы вместе со мной добились такой выдающейся победы, таких успехов на политическом поприще! С этого момента я даю вам и себе слово, что я больше никогда в жизни ни под каким видом, ни под каким предлогом не буду заниматься политикой!»

Надо было видеть разочарование моей команды, у кого‑то на глазах даже наворачивались слезы. «Мы ведь так блестяще начали, – читал я в глазах своих друзей. – Мы ведь добились таких выдающихся результатов. Почему же на самом интересном месте мы останавливаемся? Столько заманчивых предложений, столько многообещающих возможностей открывается перед нашей командой».

Я объяснил своим друзьям, что после политиков не остается и следа. Как только политик переизбирается в своем виртуальном мире и исчезает с экранов телевизоров, он исчезает, как свет в комнате после нажатия выключателя. Выключи телевизор во время политического выступления, и там, где было лицо политика, через доли секунды ты увидишь черную пустоту. Все. Нет политика. Он живет только в телевизоре. И после него не остается ничего: ни доброй памяти, ни великих дел.

Зачем же нам выбирать этот искусственный мир, отказываться от настоящей, интересной жизни, заведомо обрекая себя на бесплодие. Любая здравомыслящая женщина мечтает родить и воспитать ребенка, так же и любой человек мечтает оставить после себя детей, неважно, физических или духовных. Политики же заранее обрекают себя на бесплодие.

Они напоминают мне пустоцветы. Распускаясь к моменту выборов пышным цветом, они не превращаются затем в сочный, радующий глаз плод, а высыхают и висят на ветке линялым жалким комочком до первого порыва ветра. Зачем жить пустоцвету, зачем мучить себя, свою душу этой пустой виртуальной жизнью под названием «политика», – сказал я своей дорогой, любимой команде.

И тут все в комнате словно проснулись от долгого, тягостного четырехмесячного сна! Меня поняли мои близкие люди, мои соратники, и большего счастья, чем в тот момент, я не испытывал. Этот путь мы прошли вместе и вместе выросли и возмужали для новых побед. Эта закалка, полученная в столкновении с совершенно чуждым нам миром, укрепила нас в осознании ценности и важности нашего дела.

Один Будда сделал намного больше, чем все политики в истории вместе взятые, хотя он просто сидел под деревом и совершенствовал свою душу. Один Сергий Радонежский сделал больше, чем все правители России вместе взятые, а ведь он просто жил в лесу одиноким пустынником. У него не было ничего: ни золота, ни бриллиантов, ни власти – он просто работал над собой.

Сегодня у меня есть чудесная, уникальная возможность – создать великую компанию, которая будет жить столько, сколько будет жить цивилизация; компанию, где люди будут счастливы, где люди будут расти и развиваться; компанию, основой которой будет являться помощь людям, потому что я точно знаю, что, если ты помогаешь хотя бы одному человеку, ты живешь не зря, – а мы помогаем уже сегодня тысячам и тысячам людей.

Мы идем вперед как отряд отважных разведчиков, мы указываем дорогу человечеству из плена предрассудков, из плена иллюзий. В отличие от политиков мы имеем дело с лучшей стороной человеческой личности, благодаря нам человечество продвигается к пониманию нетленных истин, непреходящих ценностей: достоинства, чести, гордости за себя и своих товарищей.

Почему сегодня я благодарен судьбе за то, что потратил время и деньги на политическую карьеру? Потому, что сегодня мой политический опыт дает мне еще большую уверенность в том, что я иду правильным путем; дает мне больше сил; что «Эдельстар» – единственная моя возможность и возможность миллионов людей в мире изменить по‑настоящему наш мир. По эффективности и по отдаче никакая политическая карьера не сравнится с тем, что мы делаем сегодня.

Вот почему я благодарен политике. Вопрос не в том, что я чистый и белый, а политики грязные и вонючие. Вопрос в том, что я могу больше сделать за свою жизнь и оставить людям в «Эдельстар», чем в любой политической партии мира. И сегодня, став уже мудрым, я могу дать вам только один совет: «Никогда, никогда не занимайтесь политикой!»

 


Дата добавления: 2015-09-13; просмотров: 56 | Нарушение авторских прав

ШКОЛА И СПОРТ | ПОЛИТЕХНИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ И АРМИЯ | ТРЕНЕРСКАЯ ЛЮБИМАЯ РАБОТА | МАШИНОСТРОЕНИЕ | ОДИН ДЕНЬ МОЕЙ ЖИЗНИ | ТРИ РАЗОРЕНИЯ – ТРИ МОИХ УНИВЕРСИТЕТА 1 страница | ТРИ РАЗОРЕНИЯ – ТРИ МОИХ УНИВЕРСИТЕТА 2 страница | ТРИ РАЗОРЕНИЯ – ТРИ МОИХ УНИВЕРСИТЕТА 3 страница | МОЕ ОТКРЫТИЕ АМЕРИКИ | РЕКЛАМА |


lektsii.net - Лекции.Нет - 2014-2017 год. (0.021 сек.)