Студопедия  
Главная страница | Контакты | Случайная страница

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

РЕКЛАМА

 

«Кто ж тебя похвалит, если сам себя не похвалишь?!» – сказал Козьма Прутков. Согласитесь, замечательные слова, очень точно отражающие суть рекламы. Кто за вас похвалит вашу компанию? Ваш продукт? Ваш город? Вашу страну?

Мне везет в жизни на прекрасных людей! Во всем, что касается рекламы, меня всегда сопровождал мой друг, партнер и товарищ Игорь Львович Якименко. Также хочу сказать добрые слова еще одному большому другу, человеку, которого я безгранично люблю, которым восхищаюсь, – Владимиру Викторовичу Капелькину. Все, что касается телевизионной рекламы, радиорекламы и самых невероятных маркетинговых ходов, здесь Игорь Львович Якименко – гений и бог. Все, что касается печатной рекламы, работы с журналами, газетами, с информационными мировыми агентствами – тут нет равных Владимиру Викторовичу Капелькину.

С самых первых предпринимательских шагов я всегда использовал рекламу, как мощный катализатор, ускоритель своего бизнеса. Сегодня, оглядываясь на этот двенадцатилетний путь, с гордостью говорю: «Я стал асом в рекламе!» За это время мы придумали столько удивительных рекламных ходов, столько революционных маркетинговых идей, которые стали «классикой» и вошли в учебники по рекламе и маркетингу!

На подготовку специалистов по рекламе в университетах или институтах обычно тратят пять лет. Мне и моей команде, чтобы подойти к воплощению великого, планетарного, глобального проекта «Эдельстар», пришлось пройти обучение длиною в двенадцать лет. Но это обучение было фантастически интересным. Это вам не скучное сидение за партой и «переваривание» чужих идей и находок, – мы все создавали сами. С самого нуля. Для нас эта деятельность была все равно что для полярников – исследование Северного полюса, для первооткрывателей – исследование космоса или стратосферы. В нашей стране в области рекламы мы во многом были пионерами.

Мы были первыми.

Несмотря на то что с тех пор прошло уже много лет, этот опыт до сих пор остается моим надежным помощником в продвижении великих идей. Я абсолютно уверен, дорогой читатель, что вы получите не просто большое удовольствие от этой веселой главы. Вы не просто узнаете, как мы творили, как побеждали. Самая главная моя задача – научить вас думать по‑новому, действовать по‑новому. Я научу вас, как выбирать стратегию продвижения при запуске той или иной идеи.

Я начинал свой бизнес с нулевым стартовым капиталом. Но уже через несколько лет наш бюджет на рекламу и маркетинг составлял десятки миллионов долларов. Сегодня я как никогда понимаю, что эти знания, этот опыт, который приобрела моя команда, был одним из важнейших кирпичиков в фундаменте великого проекта «Эдельстар». Но это сейчас мы – стреляные воробьи, а начиналось все совершенно спонтанно. Первые шаги мы делали вслепую, не обладая никаким опытом, никакими знаниями. У нас не было учителей, не было учебников по рекламе – нам все приходилось постигать на собственном опыте.

 

Первую свою рекламную компанию я запомнил на всю жизнь! Она была самой эффективной и самой интересной. Когда я создал свой первый бизнес – клуб восточных единоборств «Будо», встал вопрос: как пригласить в него учеников? Как создать группы, чтобы они были рентабельны? Мне необходимо было платить за аренду зала, закупить инвентарь. Но денег не было. Учеников – тоже.

Была только одна голая мечта.

Передо мной стояла простая цель – придумать и сделать какую‑то рекламу. Сегодня расклеить листовки – плевое дело. Есть персональные компьютеры, множество компьютерных программ, таких как Foto Shop. В каждом отделении связи, в магазинах, организациях стоят черно‑белые и цветные ксероксы, на которых за умеренную плату вам отпечатают любые плакаты, любые листовки в любом количестве. Но двенадцать лет назад в нашем городе не было ни одного компьютера, ни одного ксерокса или типографии, которая могла бы разработать и распечатать листовки маленьким тиражом.

Выход я нашел очень простой! Я пошел в обычный магазин, купил несколько десятков листов ватмана, нашел пьяницу‑художника на нашем строительном участке и за минимальную «жидкую» валюту договорился с ним сделать трехцветные рекламные плакаты. Я объяснил ему, что мне нужно: символ – каратист, наносящий смертоносный удар противнику, сметая его своей ногой. Конечно, художник ничего не знал ни о карате, ни об ударах ногами, но, подсмотрев их в какой‑то книжке, блестяще справился с поставленной задачей.

Увидев впервые эти чудесные трехцветные плакаты с крупной рекламой своего клуба, я прыгал от радости. Разноцветье красок в сером коммунистическом мире, где не было никаких средств печати, доступных начинающему маленькому предпринимателю, – это было нечто, это превзошло все мои ожидания.

Загрузка...

У меня не было ни офиса, ни телефона, поэтому я просто указал адрес нашего спортивного зала. На следующий день я увидел возле дверей огромную очередь! За каких‑то полчаса я набрал первую группу в пятьдесят человек. Группа была разношерстная, возраст учеников колебался от одиннадцати до шестидесяти лет, но всем было безумно интересно узнать, что это такое – карате.

Успех окрыляет. Я тут же набираю вторую и третью группу. Все складывается как нельзя лучше. Но проходит всего два месяца, и бурный поток желающих заниматься карате превращается в тоненький ручеек. На третий месяц плакаты вообще перестают работать. Я лихорадочно ищу новый способ привлечения учеников.

Таким способом стали рекламные объявления в небольшой районной газете, благо цены на газетную рекламу были тогда вполне приемлемые. Сейчас этот вид рекламы стоит немалых денег. Но для человека, который уверен в своих силах и хочет создать команду на всю жизнь, он, тем не менее, был и остается одним из самых эффективных.

Профессионально составлять рекламные тексты я тогда еще не умел. Поэтому просто писал о том, что хотел передать людям, о том, чему хотел их научить. Эффект был ошеломляющим!

Поначалу у меня не было ни помощников, ни консультантов – никого. Я, как говорят, был и жнец, и швец, и на дуде игрец. Выполнял обязанности директора, тренера и промоутера своего клуба, да еще делал специальную экипировку для занятий карате – такую в то время никто не выпускал.

Я был полностью загружен. Я тренировал пять групп по пятьдесят человек. Причем с каждой из них проводил три двухчасовых занятия в неделю. На каждый день недели кроме воскресенья приходилось по две тренировки, которые заканчивались поздно вечером. По воскресеньям я проводил в общей сложности пять занятий по два часа. При этом я работал мастером на заводе и учился в институте.

Представьте, в школьном зале пятьдесят человек. Мне непрерывно, на протяжении нескольких часов приходится выкрикивать команды «эти, ни, сан, си, го» и так далее – так принято на занятиях по карате. После занятий мой голос жутко сипел, а то и вовсе пропадал. Домой я не приходил, а приползал, переваливался через порог и валился с ног от усталости. Я даже не всегда мог уделить время своей маленькой дочке.

Тем не менее, я был абсолютно счастлив. Я занимался любимым делом. И с каждым днем, с каждой тренировкой становился сильней и сильней. Сейчас вспоминаю это время и думаю: эх, если бы у меня были микрофон и колонки, можно было бы набирать группы по сто и двести человек. Однако в то время об этом можно было только мечтать.

Следующим и вполне закономерным этапом развития клуба стала подготовка тренерского состава. За короткое время я сумел подготовить восемь человек, которые самостоятельно вели занятия в своих группах. После этого количество желающих учиться ударам и броскам стало расти от месяца к месяцу. «Будо» приобрел популярность.

…Я пишу эти строки и вспоминаю рекламный опыт своего друга, замечательного врача и талантливого бизнесмена Василия Васильевича Акимова. Несколько лет назад он приехал из Украины в Москву, чтобы строить свой бизнес, свою команду. Средств на рекламу на тот момент у него не было. Но он вышел из ситуации: купил пачку бумаги, дешевую шариковую ручку и начал писать объявления от руки. В любую погоду он выходил из дома и расклеивал эти листочки по всему городу. И знаете, что самое удивительное? Именно эти написанные от руки слова, которые дались ему потом и кровью, дали самый большой коммерческий эффект. Как рассказывал этот замечательный педагог и преподаватель, по своему эффекту с ними не могли сравниться те, что были напечатаны типографским способом, когда у него появились деньги.

Но и это еще не вся история. Когда его рука отказывалась писать тысячное по счету объявление, вместо того чтобы отдохнуть, прилечь на диван, что сделал бы обычный человек, он садился за телефон, открывал телефонный справочник и методично обзванивал жителей своего района. Акимов использовал любую возможность, чтобы донести людям информацию о нашем бизнесе и его возможностях. Он знакомился и беседовал с людьми всюду: на улице, в магазине, на автозаправке. И его настойчивость была вознаграждена. Сегодня Василий Васильевич, который когда‑то приехал в Москву без копейки, зарабатывает большие деньги, купил автомобиль, квартиру и роскошную обстановку.

Точно так же поступал и я. Я использовал любую возможность: на работе, среди друзей, просто знакомых я так же страстно пропагандировал свой клуб восточных единоборств «Будо».

Мой следующий рекламный ход был революционным и новаторским, наверное, не только для моего города, но и для всей России. Я первым разместил рекламу на городских троллейбусах и первым поставил на улицах щиты наружной рекламы. Сегодня очень сложно представить город без такой рекламы. Но всего двенадцать‑тринадцать лет назад в Тольятти не было ни одной крупной вывески за исключением рекламы Сбербанка и Аэрофлота. Никто из предпринимателей города не информировал людей о своих товарах и услугах с помощью наружной рекламы.

Мы были первыми!

Дело было так. Я очень хотел произвести впечатление на местных банкиров и чиновников. Жизнь свела меня с Валерием Матвейчуком. Валерий был тогда начальником третьего транспортного депо, где я арендовал помещение: в нем собирали оборудование для изготовления чипсов. Тут‑то ко мне и пришла идея украсить рекламой троллейбусы и установить в городе рекламные щиты. Я поручаю выполнение этой задачи Валерию, он со своей кипучей энергией берется за дело и справляется почти мгновенно. За две бутылки коньяка были раскрашены два троллейбуса. Еще пять бутылок коньяка плюс несколько десятков рублей – и мы получили право размещать рекламу на улицах и магистралях города.

Конечно, сейчас рекламный рынок находится под строгим контролем государства. Но тогда закона о рекламе не было, и никто не знал, что за рекламу надо платить. Мы обгоняли время.

Город гудел. Мои знакомые шептались: что же это за компания такая, что же это за новые веяния? Это было действительно событие городского масштаба. Нас заметили, стали узнавать, и это помогло нам развиваться быстрыми темпами. Нам стало легче снимать помещения в аренду, у нас появился авторитет, который позволял легко договариваться с городской администрацией. Нам было легко и приятно работать в своем городе.

Мы стали чувствовать себя как‑то по‑особенному. Выросли в своих глазах: о нас знают, мы местные знаменитости! Все это дало нам силы в трудную минуту, когда у нас начались сбои, когда мы могли сто раз сломаться.

Мы делали рекламу. Реклама делала нас. Она изменила наше представление о себе, наши мозги.

Но мы были только в начале пути. Все это было только разминкой. Хотя воспоминание о том, что мы были первыми в Тольятти и других городах, всегда наполняет меня гордостью.

К волшебной палочке‑выручалочке – рекламе – я прибег и во время моего первого издательского проекта. Я выпустил книгу по карате. Это было первое отечественное методическое пособие для каратистов, с невиданными в то время подробными описаниями стоек и ударов. Мы снабдили книгу отличными иллюстрациями и напечатали 40 тысяч экземпляров.

Я знал, что эта книга будет очень востребована: по всей стране как грибы после дождя вырастали клубы и секции карате, проводились соревнования, а нужной литературы не было. Передо мной стояла задача продать книгу как можно скорее, потому что все деньги от ее реализации я намеревался пустить на разработку своей первой установки по производству чипсов. Мы тогда оказались на грани разорения – все деньги, все наши зарплаты ушли на покупку необходимых материалов, но денег требовалось намного больше. Но как организовать массовый спрос? Конечно, только через такой же массовый носитель информации – газету!

Первую рекламу о книге я дал в саратовской районной газете. Я предлагал купить книгу через почтовую рассылку. И это сработало! Уже через неделю ко мне хлынул поток заказов. Можно рисковать!

Я беру в банке огромный в то время кредит – двадцать тысяч долларов. Про себя думаю: если это не сработает, придется расстаться с машиной, квартирой, со всем, чего сумел добиться в жизни. Я поставил на кон все, что имел. Пан или пропал! Честно скажу, было страшновато. Как обычно, надо мной смеялись, подтрунивали, никто не верил в успех моей затеи.

Лечу в Москву, договариваюсь с «Аргументами и фактами» и за двадцать тысяч долларов размещаю там свою рекламу. Спасибо Александру Авруху, руководителю отдела рекламы «АиФ»! Он не дал мне тогда скидку, но, раздвинув очередников, разместил мое объявление в одном из ближайших номеров. Итак, деньги потрачены, газета выйдет через неделю!

Приезжаю домой в Тольятти, кредиторы бубнят, настроение мрачное. Проходит первый день, второй, третий, четвертый… Время еле тянется. Ощущение свинцовой тяжести. Волнение сменяется отчаянием. Отчаяние сменяется ступором. Проходит неделя – ни одного заказа. Странно… Саратовская газета сработала намного быстрей. Начинается вторая неделя. Я с грустью посматриваю на свой новенький автомобиль, на свою квартиру и мысленно прикидываю, где я буду жить, где снять угол. Ну ладно я, а как быть жене с ребенком? Что я скажу им? Как смогу объяснить свой поступок?

Представляете, какое настроение. Это не просто депрессия, не просто страх за будущее, это – самое настоящее отчаяние. И так проходит еще четыре дня. Ну, думаю, хана!

…Если ты очень веришь, то природа, космос, случай обязательно помогут тебе добиться твоей цели. Сегодня с высоты своего опыта я могу сказать вам одно. Никогда не рискуйте своей квартирой! Рискуйте машиной, компьютером, чем угодно, но только не крышей над головой, если таковая у вас есть. Не подставляйте под удар своих родных и близких.

И вдруг мне звонят и кричат в трубку: «Срочно приезжайте! Вы заблокировали работу городской почты! На ваш адрес приходит пять тысяч писем в день!» Следующий звонок с переводного участка, где сортируют денежные переводы, там тоже коллапс. Договариваюсь с одними и другими девчатами на сортировку и отправку книг, плачу им небольшие деньги с каждого письма. Они счастливы! Я счастлив! Пошел большой бизнес.

Дальше – больше! Я захватываю абсолютно все газеты национального масштаба. Тиражи этих газет фантастические – десятки миллионов экземпляров в день. Я продаю сотни тысяч книг. Непрерывно пишу объявления, рассчитанные на разных людей.

Никто не учил меня этому ремеслу, никто ничего не подсказывал. Я писал от своего сердца, от желания помочь людям, дать им книгу, которая увлечет их, поможет им заняться спортом, сделает их сильней, позволит защитить в трудную минуту себя и свою семью. Не все меня понимали. Любое объявление мои близкие и родные воспринимали в штыки. Оно вызывало у них хохот и недоумение. Но я никого не слушал. Я шел своим путем.

Пишу эти строки и вспоминаю Генри Форда. Когда‑то он сел и самолично написал рекламное объявление. Оно получилось не просто длинное, а жутко длинное. Оно заняло целый разворот газеты мелким шрифтом. Форд обращался к покупателю как к другу и откровенно рассказывал, как они на своем предприятии строят прочные, надежные и дешевые автомобили, как они стараются, как мечтают сделать жизнь людей лучше.

Все специалисты того времени были категорически против публикации этого рекламного материала. Они объясняли тупому, на их взгляд, Форду, что ни один покупатель не будет читать целую страницу мелкого шрифта рекламного объявления. Форд своим поступком нарушил все каноны рекламы, которые существовали в то время.

Но воздействие ее оказалось поразительным!

Эта рекламная акция Форда была самой эффективной за всю историю существования компании. Благодаря этой рекламе они продали больше всего автомобилей. Вот что значит, дорогой друг, слушать свое сердце! Вот что значит идти за своей мечтой, за своим желанием изменить жизнь людей к лучшему. Это намного честней по отношению к людям, чем претенциозные и порой совершенно глупые тексты профессиональных рекламщиков, которые все время стараются выдумать какую‑то новую оригинальную идею, новый рекламный ход.

Честно скажу, ненавижу казенных работников от рекламы. Как правило, таким людям наплевать, сколько души и сердца вы вкладываете в свою работу, им безразлично, что от этой рекламы зависит ваше будущее, ваша жизнь. Современные деятели от рекламы, «специалисты», думают только об одном – о наживе. Поэтому, когда у вас есть выбор между вашим личным обращением к покупателям и тем, что вам советуют «специалисты», посылайте их куда подальше! Слушайте свое сердце! В этом и только в этом случае у вас есть шанс достучаться до сердца потребителя! Ваше обращение к нему – все равно что полное любовной страсти письмо к любимой женщине. Такие отношения не заменить общением с проституткой. Да, секс присутствует и в первом, и во втором случае. Но, как говорят в Одессе, это две большие разницы.

Итак, у меня появился первый опыт крупномасштабных рекламных кампаний. Чему я научился в этот период? Мыслить масштабно. Обращаться сразу к десяткам, сотням миллионов людей. Я поверил в свои силы, и я понял, что только национальный и международный бизнес может сделать меня по‑настоящему успешным. Заработав огромные деньги на издательстве книг по карате, по атлетизму, по бизнесу, я вложил все эти деньги в производство. Я вернулся на несколько месяцев назад, собрал свое железо, свои чертежи по закуткам, подвалам и складам и принялся воплощать свою мечту. Мечту создать машину для фермеров, которая перерабатывает картофель в чипсы и позволяет им зарабатывать деньги.

«Книжных» денег хватило, чтобы сделать более ста экземпляров спроектированных и запатентованных мной чудо‑агрегатов. И опять я подошел к критическому моменту. Тогда еще не было бизнес‑планов, не было культуры и опыта в финансовом планировании. Наши склады оказались забиты готовым оборудованием, а покупатель все не шел.

Зачем я выпустил столько оборудования? Почему был уверен, что оно нужно людям? Потому что еще перед запуском в производство моих установок к нам приехал журналист из «Аргументов и фактов», и я дал ему небольшое интервью, рассказав о нашем бизнесе и нашей цели – создать новый класс фермеров, обеспечить их доступными и надежными средствами производства.

И вновь я убедился в силе печатного слова. Эта маленькая заметка послужила поводом обращения к нам тысяч людей со всех концов России. Мы получили более десяти тысяч писем, где люди просили нас как можно скорее приступать к массовому производству столь нужных машин. Они готовы были хоть завтра приехать за ними!

Наш маленький офис находился на первом этаже дома рядом с парикмахерской и столовой. Это была небольшая комнатка, где работало всего лишь несколько человек.

Мы все подменяли друг друга, у нас не было бюрократии, мы все были рабочими лошадками. Что делать с этими письмами? Нужно их прочитать и ответить! Поэтому каждый день у нас заканчивался следующим образом: кто‑нибудь шел на почту через дорогу, забирал мешок писем, каждый клал в свою сумку несколько десятков писем, и мы все расходились по домам. Вечером, ночью каждый обязан был прочитать эти письма и выписать адреса. Все это мы складывали в архив, потому что в тот момент у нас еще не было ни одной готовой линии по выпуску чипсов, была только мечта, которой мы поделились с людьми через эту маленькую, микроскопическую заметку.

На всю жизнь запомню письмо, которое нам написал выдающийся актер нашего времени Вячеслав Тихонов, все мы его знаем по роли знаменитого Штирлица. Когда пришло его письмо, мы, начинающие предприниматели, темные провинциалы, были просто поражены, у нас было такое ощущение, будто сам Господь Бог нам написал. Мы этим письмом так гордились. Мы показывали его всем знакомым. Говорили о нем недели две.

С письмами мы получили несколько тысяч заказов на оборудование для изготовления чипсов. Но когда больше ста установок было готово, выяснилось, что за те месяцы, что ушли на их производство, наши клиенты или передумали, или вообще забыли о том, что писали нам письма. Что делать? Оборудование готово, а заказов нет. И деньги заканчиваются.

Но выход был. Тот же самый – общенациональная реклама.

Опять бегу в банк, занимаю еще больше денег, потому что реклама уже подорожала, мы снова садимся и придумываем простые, наивные, но безумно эффективные обращения. Посылаю нашего парня в Москву, он покупает по странице во всех национальных – а их тиражи все еще были многомиллионными – газетах. То есть вбухиваем все занятые деньги в рекламу, и все начинается сначала.

Мои сотрудники были категорически против того, чтобы занимать деньги. Мои партнеры и родные тоже. Снова весь мир против меня! «Зачем рисковать? – говорили они. – У нас есть оборудование – поедем на выставку, будем предлагать. Сначала продадим одну линию, потом вторую, потом третью. И так потихонечку сделаем бизнес».

«Потихонечку» меня абсолютно не устраивало. Я понимал, что, если разом продать все это оборудование, у нас будут миллионы долларов и мы поднимемся на совершенно другой уровень бизнеса. Нет! Никого не слушать! Я опять в одиночестве, опять иду против течения. И предыдущие победы придают мне колоссальную уверенность. Жребий брошен. Деньги заплачены. Реклама вышла.

Ни одного заказа, ни одного звонка…

Проходит неделя. Проходит полторы недели… Представляете, дорогой мой читатель, мои ощущения?! Все в офисе смотрят на меня как на слабоумного. Они думают, что их шеф – идиот, который вбухал заемные деньги и окончательно привел компанию к пропасти под названием «разорение».

Странно, думаю я, когда я сделал такую же мощную рекламу книге по карате, через полторы недели стали поступать мешки с письмами, а тут ни одного заказа. Все на нервах, ходят по офису серые, как покойники, тишина стоит такая, что слышно как в дальнем углу пищит комар.

И вдруг снова – шквал звонков и заявок! Сработало! Мы мгновенно, в течение нескольких недель становимся фантастически богатыми. У нас есть деньги для развития, мы можем запускать новое производство. Победа! Наша компания превращается в крупную научно‑промышленную корпорацию. Помню, мне очень нравилось слово «корпорация» на вывеске при входе в наш небольшой офис.

Идем дальше. Мы стали первыми, кто предложил бизнесменам хлебопекарни. Для их продвижения мы впервые использовали телевидение. Сегодня стоимость одной минуты на рейтинговом телеканале в рейтинговое время доходит до ста тысяч долларов. В США за минуту телевизионного времени платят до четырех миллионов долларов. В то время минута на TV стоила не больше полуторы‑двух тысяч долларов. Но я прекрасно понимал, что, если бы мы закупили огромное количество рекламного времени, оно подорожало бы в сотни раз, и это был бы колоссальный бизнес. Но денег у нас не было. Поэтому единственное, что мы могли сделать, это продвинуть наш гениальный проект.

Тогда в моей жизни появился гениальный рекламщик Николай Русанов. К сожалению, сегодня его нет с нами. Николай трагически погиб, но память о нем будет жить в моем сердце вечно. Русанов снимал для нас первый рекламный ролик об установке по производству чипсов. Курировать съемки я поручил Дмитрию Козлову. Этот красивый, яркий, умный парень внес неоценимый вклад в развитие нашей компании. Димке тогда было не больше двадцати двух лет, но он уже был моим первым заместителем на зависть многим более старшим и опытным руководителям. Для меня не важен возраст, образование или национальность. Главное – чтобы в человеке был талант управленца и горело сердце.

Мы на ночь арендовали кафе, привезли туда необходимое оборудование, огромные генераторные машины, нашли актеров, включили прожектора, и ночь превратилась в день. У милиционеров нашли иностранный мотоцикл, который был задействован в этом телевизионном ролике. За небольшое вознаграждение стражи порядка доставили его прямо на съемочную площадку.

Ролик был снят в американском духе. Красивый парень с длинными волосами и мощной мускулатурой делает на нашем оборудовании чипсы, затем забирает из кассы пачку денег, садится на шикарный мотоцикл, к нему за спину усаживается суперклассная девчонка, парень дает по газам и уезжает. В кадре остается название нашей компании и телефон.

Сегодня такой ролик может показаться примитивным. Но тогда это был шедевр, сенсация. Ничего подобного на нашем телевидении не было.

Во время съемок ролика произошел забавный случай. Кто‑то забыл закрыть кран огромной фритюрницы, и на пол вытекло двадцать литров масла. Представляете кафе, залитое маслом! Хозяева в ужасе, проклинают нас и свое глупое решение отдать нам кафе на ночь. Масла нет. Димка Козлов прыгает в такси и объезжает окрестные ларьки, скупая масло бутылками. Проблема решена – масло есть!

Вторая заминка – как только наш парень дает по газам сверкающего, дорогущего иностранного мотоцикла, мотоцикл встает на дыбы, как норовистый жеребец, и падает. Гаишник‑милиционер в ужасе, он посылает нас всех куда подальше и требует вернуть свой мотоцикл в целости и сохранности. Мы увеличиваем ему вознаграждение в четыре раза, и он на время успокаивается. Съемки продолжаются до утра, проблемы возникают одна за другой… Наконец ролик, который впоследствии увеличил сбыт наших полуавтоматических линий до космических объемов, снят.

Мы богаты! Мы счастливы!

Двигаемся дальше! Нужны новые идеи. Мы не можем оставаться на одном уровне. Если ты развиваешь свой бизнес, тебе необходимо постоянно рождать новые идеи, чем‑то отличаться от конкурентов и предлагать рынку то, чего еще нет.

Мы предлагаем пиццерию. Первая компания в России, которая начала производить лично мной разработанные пиццерии, конечно же, была компания «Дока пицца». Но, произведя оборудование, мы вдруг обнаружили: в нашей стране никто не знает, что такое пицца. Никто даже не слышал о таком экзотическом продукте.

Наверное, кого‑то это могло остановить, но только не нас. Мы срочно находим в Волгограде парня – талантливого повара, который знает, как печь пиццу. Срочно берем его на работу, и он обучает этому других людей. Мы разрабатываем собственные рецепты. Мы изобретаем франчайзинг, не зная, что «Макдоналдс» и «Сбарро‑пицца» давно уже работают во всем мире.

Я пишу кандидатскую диссертацию на тему «Франчайзинг. Путь к расширению бизнеса». Мы создаем первый бренд: «Дока пицца». Я рассуждал следующим образом: мы научим людей выпекать пиццу, сделаем единую торговую марку, под которой объединим тысячи пиццерий. Моя задача – стать мультимиллиардером. Для этого мне нужно продать четыре с половиной тысячи пиццерий, наладить поставку им томатной пасты, муки, сыра и других ингредиентов, сделать мощную рекламу. Тогда за два года я покорю эту вершину. Такая перспектива меня вдохновила необычайно.

Я мгновенно наладил выпуск всего необходимого, разработал зонтики, одноразовую посуду, купил полиграфическое оборудование, наладил работу своей типографии, которая печатала коробки для пиццы, сшил фартуки, обучил людей. Мы были первыми, кто вместе с оборудованием предоставлял весь комплекс услуг: обучал производству пиццы и поставлял необходимые ингредиенты.

Можно ли в таком масштабном деле обойтись без рекламы по Центральному телевидению и в других общенациональных СМИ? Конечно, нет. И мы сделали мощнейшую рекламную кампанию пиццерий. Однако с франчайзингом пришлось вскоре распрощаться. На то были свои причины.

Большинство наших франчайзи оказались людьми жадными и крайне недальновидными. У них была одна цель – как можно быстрее обогатиться, хапнуть деньги, спрятать их в кубышку и смотреть, где еще можно урвать кусок пожирнее. Казалось бы, поставил пиццерию, зарабатываешь бешеные деньги, ну так и работай на совесть, давай качество, будь добр, выполняй все инструкции, которые выдал тебе франшизер. Но получилось, что алчность и жадность победила в них разум и логику. Эти люди работали не на клиента, а на себя. «Если я не буду докладывать сыр, я стану богаче. Если я буду разводить томатный соус с мукой, я стану еще богаче. А если я вместо дорогого сыра положу дешевый, так я просто озолочусь» – так думали тогдашние бизнесмены.

Что говорить, наши люди могут не только зарезать курицу, которая несет золотые яйца, но и, спокойно улыбаясь, срубить сук, на котором сидят. Сейчас многое изменилось. Появилась производственная культура, появились высококлассные менеджеры, есть понимание, что, только предлагая продукты высочайшего качества, можно удержать клиентов. Но тогда в России были времена дикого капитализма – стрельба, взрывы, «кидалово» и, как следствие, наплевательское отношение к качеству. Смешно, но воровали у самих себя.

Вспоминаю замечательного предпринимателя Валерия Атмахова, который и сегодня держит «Дока пиццу» в Тольятти. В самом начале он выгнал с работы профессионального повара, которая вместо двух яиц, положенных по рецепту, клала в пиццу одно. Повар посмотрела на него и сказала с сожалением, искренне: «Ох, Валера! Разоришься ты! С таким подходом точно разоришься!» Но Валерий не только не разорился, но и стал богатым, очень успешным ресторатором. Он набрал молодых ребят, не связанных с торговлей и советским общепитом, и создал хорошую команду профессионалов.

В то время я уже стал крупным специалистом в области рекламы. Помимо телевизионных роликов, которые мы шлепали, как горячие пирожки, мы разрабатывали и другие направления.

Однажды я смотрел знаменитую передачу «Тема» с Владом Листьевым – старшее поколение ее хорошо помнит. Влад Листьев – выдающийся журналист, очень много сделавший для российского телевидения. От этого человека исходил свет. Мне повезло, и я стал его хорошим товарищем. Мы не были близкими друзьями, но сделал он для меня очень много. Он учил меня такому важному ремеслу, как «паблик рилэйшн», давал советы, как выступать по телевидению, и предоставлял возможность рассказывать о нашем деле, о наших успехах, о наших идеях во всех своих передачах.

Влад был исключительно скромным человеком. Даже став генеральным директором ОРТ, телевизионной звездой первой величины, он продолжал работать в небольшом кабинете. Открыв дверь, ты сразу без всяких приемных попадал к нему, рядом с его столом стоял стол секретаря, небольшой диван, на стенах висели красивые картины. Этот великий человек был очень доступен, весел и прост в общении. Сегодня на телевидении людей такого масштаба души и таланта просто нет.

Примечательна история нашего знакомства. Передача «Поле чудес» была очень популярна. Влад Листьев и Леонид Якубович приехали к нам в Тольятти, чтобы провести свое шоу. Я увидел объявление. Срочно беру билеты, бегу в магазин и покупаю двое красивых часов в подарок. А когда Влад Листьев и Леонид Якубович провели для нас свою замечательную игру, подлетаю к ним, – представьте, здоровенный детина с короткой стрижкой, – и дарю каждому часы. Они просто обалдели, решили, что я какой‑то бандит. Потом мы долго смеялись по этому поводу. Влад Листьев предложил сняться в его «Теме», и я с радостью принял это предложение. Для меня это был прорыв – сбывалась мечта, появившаяся полтора года назад.

Когда мы с Валерой Матвейчуком впервые поехали в Москву, чтобы разузнать, как разместить рекламу на телевидении, о телевидении мы не знали ничего. Мы просто приехали в Останкино на разведку.

Это знакомство с Останкино я запомнил на всю жизнь. Мы идем на проходную, естественно, вход только по пропускам, стоят милиционеры с автоматами, с каменными лицами, и вдруг выясняется, что на меня пропуск не заказан. Валера Матвейчук проходит этот милицейский автоматный заслон, а я остаюсь на улице. Стоит осень, мне холодно и обидно.

Но гулять около проходной Останкино для провинциального парня – это уже событие. Подъезжают лимузины, из них выходят телевизионные звезды, знаменитые певицы, известные политики с охраной. Загадочный, недоступный мир! Помню, было очень досадно. Там, в этом огромном здании, за этой проходной, происходит что‑то удивительное, волшебное, невероятное, а у меня нет возможности взглянуть на это хотя бы одним глазком. И тогда я дал себе слово, истинный крест, я сказал себе: «Я обязательно попаду в это здание, и буду выступать по телевизору!»

Поверьте, дорогой читатель, я даже не знал, зачем мне это надо!

Бойтесь своих желаний! Бойтесь своих мыслей! Я попал на телевидение. И не просто, а круто попал: на протяжении пяти‑шести лет я снимался во всех популярных телевизионных шоу. Более того, с Игорем Якименко мы создали три своих телевизионных шоу, где я был и продюсером и телеведущим. Вот что такое сила мечты, вот что такое сила воображения и веры, что ваша мечта сбудется!

Когда вы смотрите ток‑шоу «Тема», камера обычно выхватывает всего пять‑шесть человек, сидящих в зале. Каково же было мое потрясение, когда мы вошли в огромную студию, где сидело около трехсот человек.

Представьте, я, обычный паренек из провинции, участвую в шоу вместе с маститым профессором из московского вуза. В гримерке на мое лицо обильно наносят пудру и грим, как на какую‑нибудь телезвезду. Оказывается, это обязательная процедура, иначе под специальным освещением кожа начинает сильно блестеть. И вот я в студии, вокруг софиты и телекамеры, триста человек зрителей. На сцену выходит ведущий «Темы» Влад Листьев. Верите ли, первые пять минут я был ни жив ни мертв. Я впал в какой‑то ступор. Такое ощущение, будто тебя ударило электрическим током ватт этак в тысячу.

Но уже через пять‑шесть минут я полностью освоился. Меня охватывает страстное желание немедленно рассказать всему миру, какие прекрасные мы делаем установки для производства картофельных чипсов, какие замечательные люди работают в нашем коллективе, какие у нас грандиозные мечты и планы. И я, что называется, шпарю без остановки.

В прямом эфире не чувствуешь времени. Мне казалось, мы только начали говорить, а тут «Стоп, мотор!». Влад подходит ко мне, пожимает руку, хлопает по плечу: «Ты справился, молодчина!»

Моя рубашка насквозь мокрая от пота, даже в ботинках мокро, пот ручьями стекает по всему телу. Когда я шел в гримерку снимать грим, мои ботинки шлепали, будто я только что ступил в лужу. За какие‑то полчаса я похудел килограммов на десять, у меня прибавилось седых волос. Я долго не мог понять, где я и что со мной происходит.

Следующее телешоу – «Герой дня без галстука». Опять прямой эфир. Я волнуюсь, но уже не так сильно, как в первый раз. Я концентрируюсь на главном и стараюсь не упустить мелочей.

В это сложно поверить, но искренний рассказ человека, который верит в то, что он делает и делает это от души, дает эффект, намного больший, чем любые, даже самые действенные рекламные ролики. К нам опять идут заказы, наше производство набирает обороты.

Все, что я делал, шло от самого сердца, от моей абсолютной веры в нужность нашего дела людям. Я до сих пор жалею, что, когда нам не хватало капитала, мы вынуждены были продать сорок девять процентов акций нашей компании. Мы получили не такие уж большие деньги, зато проблемы с акционерами я получил на всю жизнь вперед. Спрос на нашу продукцию был просто космический, мы не могли удовлетворить даже одну десятую заявок. Кредит в банке давали под двести тридцать процентов годовых. Что делать? Нужно продавать часть акций. Чтобы выйти из этой ситуации, я нашел оригинальный способ: рекламируя пекарни, мы увеличивали сбыт их продукции, параллельно рекламировали акции и привлекали капитал. Но наше счастье длилось недолго. Нам просто не повезло.

В этот момент на телевидении при попустительстве государства совершенно бесстыдно рекламировались финансовые пирамиды «МММ», «Хопер‑инвест» и т.д. Как только мы начали продавать свои акции, весь спекулятивный фондовый рынок России в буквальном смысле слова лопнул как мыльный пузырь. За считаные дни обрушилась крупнейшая финансовая пирамида «МММ» и еще ряд других пирамид. И самое обидное, что под их обломками погиб и наш проект «Дока‑хлеб».

Что тут началось! Кто нас только не поливал грязью! Это была настоящая охота на ведьм. Я воспринимал все случившееся как еще одно испытание. Да, это был шок. Мы делали доброе дело, создавали рабочие места. Мы были первыми и производили очень хорошее, а главное, нужное людям оборудование, а нас поливали грязью, на нас клеветали. Каждый журналист считал необходимым бросить нам на голову еще одну лопату дерьма.

Что было дальше? Разорение, потери, разгневанные акционеры.

Я должен семьсот пятьдесят тысяч долларов. У меня нет ничего, я снова у разбитого корыта. Но я нисколько не жалел о том, что не вкладывал деньги в квартиры или машины. Я был счастлив оттого, что жил своим бизнесом, своей идеей. После страшных ударов судьбы я стал еще сильней, еще мудрей. Сейчас я понимаю, это нужно было пережить, чтобы быть готовым начать великий проект «Эдельстар». Вся моя жизнь, все удары судьбы, весь мой опыт – все было предназначено для главного дела моей жизни.

Итак! Новая идея. Мы будем выпускать самую качественную водку в России. Идея благородная, достойная – спасти десятки тысяч жизней своих дорогих сограждан. Но у меня нет денег, у меня только долги. Как же мне сделать так, чтобы банк выделил еще один кредит? Я знал о добром отношении ко мне и моей команде моего друга, моего ангела‑хранителя, моего Виталия Вавилина, но все‑таки я разорившийся должник, все‑таки я в общественном мнении человек, потерпевший неудачу. Как мне сделать так, чтобы мне выделили кредит и поверили в мое новое начинание?

И опять мне помогла реклама. Я знал, по какой дороге ездили в свой офис мои друзья‑банкиры. В буквальном смысле слова наскреб по карманам четыреста долларов, занял у своих знакомых и сделал рекламный щит три на шесть метров. У нас тогда уже был первый компьютер «Макинтош», и мы нарисовали красивую компьютерную картинку водки «Довгань», которой еще даже не было в проекте. Стопка водки, закуска. Все это смотрелось очень красиво. Написали наглый лозунг – «Водка Довгань №1 в России». Ни с кем не согласовывали, ни у кого не брали разрешения, хотя тогда оно уже требовалось, и мы очень сильно рисковали. Мы просто наняли людей и внаглую вкопали этот щит практически напротив «Ростестбанка». Того самого, которому я был должен и в котором хотел взять кредит. Деньги нужны были катастрофически.

Я выжидал две недели. За это время мой рекламный щит должен был создать твердое убеждение, что я делаю очень серьезный и мощный проект. Затем я начал штурмовать банк. Не знаю, что в конце концов принесло мне успех – дружба с Виталием Вавилиным или рекламный щит. По крайней мере, реклама и на этот раз сыграла в моей жизни заметную, яркую роль.

Я получил долгожданный кредит – сто тысяч долларов. Написал бизнес‑план: когда произведу водку, когда сделаю рекламу, когда налажу свою дистрибуцию. Но вдруг в ноябре 1995 года узнаю шокирующую новость: с 1 января 1996 года реклама алкоголя на телевидении будет запрещена. Мои конкуренты – «Smirnof», «Абсолют», «Финляндия» – уже провели свои рекламные кампании. Их уже знают в России, а у меня через два месяца не будет возможности рассказывать людям о качественном продукте.

Денег катастрофически мало. В общей сложности мне нужно пятьсот тысяч долларов. Эти деньги должны были пойти на производство, на покупку сырья, на рекламу. Я снова принимаю неординарное решение. Вложить все деньги в рекламную кампанию, провести ее в ноябре‑декабре, заявить о нашей водке всему миру, а уж потом начать ее выпуск. Когда я объявил об этом решении своей команде, ребята подняли настоящий бунт. И были на тысячу процентов правы. Как можно тратить последние кредитные деньги банка, которому мы еще и должны? Как можно вбухать эти деньги в рекламу, когда у тебя нет товара?

Логично, дорогой читатель? Конечно, логично! Они были правы, но в то же время они были не правы. Я понимал точно, что если мы не отрекламируем на всю страну нашу водку, то с нового года единственное, что у нас останется, это рекламировать ее через газеты, журналы и наружную рекламу. Посчитав, сколько нужно денег, чтобы охватить всю страну, каждого человека, у меня получилась цифра минимум шестнадцать с половиной миллионов долларов и года три серьезной работы в регионах. Страна огромная, законы везде разные, подходы везде разные, менталитет везде разный.

В общем, на одну чашу весов легла короткая авантюрная рекламная компания и быстрая узнаваемость торговой марки, а на другую – почти двадцать миллионов долларов и три года кропотливого труда в регионах. Я понимал, что глупо делать рекламу без товара, но выбора не было: или срочно начинать рекламную кампанию, или просто забыть о нашей идее.

Это был абсолютно нелогичный, но единственно верный ход.

На следующее утро я пришел в офис и безапелляционно объявил о своем решении: никаких дискуссий, осталось очень мало времени! Мы должны придумать свою рекламную кампанию, мы должны разместить наши пятьсот тысяч долларов заемных средств, и у нас на это всего несколько недель.

В тот же день я связался с Игорем Якименко и Николаем Русановым. Мы договорились с Игорем Львовичем, а он в то время был директором передачи «Что? Где? Когда?», что за двести пятьдесят тысяч долларов он уговорит Ворошилова сделать хорошую рекламную кампанию во время предновогодней сессии игроков. Но для этого я должен приехать и лично встретиться с Ворошиловым, потому что окончательное решение Ворошилов готов был принять только после знакомства со мной.

Я пулей лечу в Москву. Мы встречаемся в шикарном ресторане гостиницы «Аэростар»: я, Игорь Якименко и Игорь Яковлевич Ворошилов. У нас получился удивительный ужин. Я смотрел тогда на Ворошилова, которого впервые видел вживую, как на полубога, как на легенду, как на человека с другой планеты. Я ловил каждое его слово, я слушал его, открыв рот.

Напоминаю, что, когда я принял решение назвать водку «Довгань», против меня был весь мир и никто не верил, что это может получиться. Ворошилов в меня поверил. Удивительно, но когда авторитетный человек говорит вам, что это прекрасно, это здорово, вы получаете такой приток сил, столько дополнительной веры в себя, в свою идею, в свой путь! Тогда, тем вечером, и произошел именно этот замечательный момент в моей жизни.

Я робко спросил Ворошилова: «А как, на ваш взгляд, звучит сама фамилия Довгань? Может это сработать?» Мою фамилию вечно безбожно перевирали, и иногда я просто завидовал парням с простыми русскими фамилиями Иванов, Петров и Сидоров. Пока еще моя фамилия не стала брендом, пока еще покупатели не проголосовали своим рублем за продукцию «Довгань», я сомневался. И вот этот великий мэтр телевидения, философ сказал: «Прекрасная фамилия! Это сработает!»

Я был на десятом небе. Я чуть не прыгал от счастья! Впервые за несколько месяцев я получил поддержку, да еще от кого, от Ворошилова, великого мудреца нашего телевидения! Но что еще больше меня обрадовало, Ворошилов с Игорем Львовичем Якименко приняли решение сделать нам рекламную кампанию: впервые за все тридцатилетие существования элитного клуба «Знатоков» знатоки будут пить водку в прямом эфире. Это была удача! Это дорогого строило!

Домой я прилетел совершенно другим человеком. Плечи у меня были расправлены. Подбородок приподнят. Голос мой был намного крепче и звонче. Все почувствовали перемену. Я собрал совещание, свою команду и многозначительно сказал: «Ворошилов поддерживает идею водки „Довгань“! В новогодней, самой популярной, самой смотрибельной зимней сессии знатоки будут пить нашу водку!»

Бурные аплодисменты!

Я чувствовал себя Наполеоном, который завоевал очередную страну. Всего лишь за двести пятьдесят тысяч долларов. Ура! Победа! Как же распорядиться оставшейся суммой? Двести пятьдесят тысяч долларов для национальной рекламной кампании это ничто, это просто семечки. Я разрабатываю следующую стратегию. Договариваюсь с Юрием Никулиным, великим клоуном Советского Союза, что в своей передаче «Белый попугай» он тоже махнет рюмочку водки «Довгань». Договариваюсь с Леонидом Якубовичем в передаче «Поле чудес». И оставшиеся от спонсирования деньги я вкладываю в телевизионные ролики, но не обычные, а пятисекундные. Расчет строился на том, что обычных минутных роликов за те же деньги можно было прокрутить всего несколько, а пятисекундные создавали бы эффект постоянного присутствия просто за счет своего количества. На фоне передач «Что? Где? Когда?», «Белый попугай» и «Поле чудес» эти ролики были бы очень заметны.

Разработав рекламную кампанию, я снова помчался в Москву. Переговорил с Леонидом Якубовичем, вернее, с директором программы «Что? Где? Когда?», и с руководством «Белого попугая». Никогда не забуду мой бешеный восторг, когда гениальный Юрий Никулин прямо на записи, не готовясь, сказал замечательную фразу, которая сразу же сделала нашу марку известной. Передача «Белый попугай» при Никулине писалась как бы спонтанно, это было некое такое веселое озорное творчество. И вот Никулину подносят рюмку водки, Юрий Владимирович берет рюмку и за доли секунды придумывает каламбур: «Чтобы не пить всякую дрянь, будем пить водку „Довга'нь“!» И опрокидывает эту рюмашку прямо перед камерой!

Представляете, какая получилась рекламная кампания всего лишь за пятьсот тысяч долларов! Она имела эффект взорвавшейся бомбы. Мое имя стало известно миллионам, водка стала известна миллионам, и наши россияне‑покупатели тоже захотели попробовать водку, которую пьют Никулин, Ворошилов, Якубович, которая все время мелькает на экране телевизора.

А водки‑то и нет! Мы сделали всего лишь две машины, которые распродались за полчаса!

И вот здесь мне пришлось пройти серьезное испытание деньгами: ко мне обратились очень влиятельные люди с Кавказа, из Осетии. Они предложили мне за право разливать у себя водку «Довгань» десять миллионов долларов. Наличными. Я в кризисе, я еще не выкарабкался после разорения в машиностроении. У меня нет денег. Мы живем впроголодь на зарплаты своих жен. И я, и вся моя команда.

Искушение было очень велико. Десять миллионов – и все вопросы решены! Розданы все долги, и после них еще остается куча денег, на которые целой командой можно прожить довольно долгое время, ничего не делая. Конечно, я прекрасно понимал, что за год они убьют торговую марку «Довгань» плохим качеством: паленой водкой или еще какой‑нибудь гадостью. Но даже и за год по нисходящей мы могли бы заработать на водке сначала десять миллионов долларов, потом – семь миллионов, потом – пять, два… В принципе за этот год я мог заработать около пятидесяти миллионов долларов, что решило бы все мои проблемы.

Против было одно «но»: тогда не будет качественной водки «Довгань», не будет моей идеи защищенного качества. И я не пошел на эту сделку. У меня была совершенно другая мечта. Я хотел защитить людей от всякой гадости, что им предлагают под видом водки, хотел остановить этот вал «зеленой» смерти. А продав право розлива, я бы только усугубил ситуацию и позволил травить людей и дальше, еще и под моим именем.

Я был прав на тысячу процентов. Если бы я променял свою идею, свое имя всего лишь на пятьдесят миллионов долларов, то не было бы глобальной компании, не было бы интересного бизнеса, не было бы сотен миллионов долларов.

Я не буду в этой главе пересказывать наши перипетии с запуском водочного бизнеса, но через десять месяцев после нашей знаменитой рекламной кампании мы уже были фантастически богаты и зарабатывали огромные деньги.

Но на нас свалилась новая напасть. Антимонопольный комитет России очень жестко следил за рекламой на телевидении водки «Довгань». К этому моменту я перестал прятаться за легенду, что водку «Довгань» мы создали по рецепту моего прадеда. Мой прадед действительно был предпринимателем и выдающимся человеком, но никакого отношения к водке он не имел. Как бы для меня печально это ни звучало, я в тот момент просто прикрылся его бородатым портретом, потому что еще не был морально готов отвечать за качество водки не только своей фамилией, но и лицом, своей головой.

В августе я поставил на этикетку свою фотографию. Меня все ругали, отговаривали, никто этого не понимал, но во мне говорило вовсе не честолюбие и не желание прославиться. В том момент я уже настрадался от славы в полной мере: где бы я ни появлялся, на меня оборачивались люди, на меня обращали внимание. Я ходил по улицам, постоянно ощущая на себе взгляды прохожих, что лишало меня возможности спокойно прогуляться. Я прекрасно понимал, что как только я помещу свой портрет в виде цветной фотографии на бутылке водки, которая продается десятками, сотнями миллионов единиц, то мне проходу не будет. Но, несмотря на все бремя узнаваемости, на мой взгляд, это было честно. На мой взгляд, это повысило бы продажи, потому что сама идея личной ответственности не могла не понравиться потребителям.

И я решил: беру огонь на себя! Вызываю огонь на себя! Но мы обязаны стать номер один за очень короткое время!

Поместив на водочной этикетке свой портрет, я обратил внимание, что в России начинает пользоваться спросом минеральная вода. Мы нашли удивительный источник минеральной воды, у производителя которой не было сбыта. Они не могли продать ни одной бутылки. Мы подписали с ними первый наш франчайзинговый контракт, и они начали разливать минеральную воду, как с газом, так и без газа, тоже под брендом «Довгань». На голубой этикетке красовался мой огромный портрет, и я опять же лично отвечал за качество.

Скажу честно, в этом был и свой скрытый смысл – запрета на рекламу минеральной воды по телевидению не было. И вот мы с августа 1996 года с утра до ночи начали крутить ролик про минеральную воду с моим портретом и именем, поддерживая тем самым, естественно, и продажи нашей алкогольной продукции. Сегодня такой прием используют практически все, но тогда мы были первыми, по сути, мы изобрели этот нестандартный ход. Таким образом, мы очень корректно обошли антимонопольное законодательство.

Мы решили идти еще дальше: превратить торговую марку «Довгань» в объединенный бренд для целого ассортимента самых разных продуктов. В тот момент я обратил внимание, что убивает людей не только плохая водка, но и огромное количество некачественной отвратительной продукции. Конечно, в тот момент система нашей торговли еще только‑только привыкала к изобилию предложений от западных производителей, и на полках появилось множество низкосортной продукции. Представьте, идешь по магазину как по минному полю, покупаешь продукты питания для своего ребенка и ими же его и травишь. Согласитесь, страшная картина.

Поэтому мы решили создать целую линейку продуктов питания с гарантированным высоким качеством. Причем, эти продукты были не просто качественные, но и имели дополнительное отличие – они были оздоровительными. Так появились знаменитые низкокалорийные мюсли и другие продукты, зачастую на голову превосходящие западные по всем параметрам: по вкусу, свойствам и внешнему оформлению. Наши совершенно уникальные конфеты «Горячее сердце» предлагались даже на приемах президента России.

Я понимал, что, создавая из торговой марки «Довгань» объединенный бренд для такого огромного списка продуктов, я очень сильно рискую, но, чтобы подготовить свою команду к воплощению великих проектов, мне необходима была великая практика, великие эксперименты и великий опыт.

Всего лишь за один 1997 год мы объединили 116 российских производителей, всего лишь за 365 дней нам удалось выпустить более 500 наименований продукции. Я создал самое крупное в Москве, да и во всей России дизайнерское бюро. Тридцать дизайнеров круглосуточно разрабатывали промышленный дизайн для наших продуктов. Мы были одной из первых российских компаний, обративших самое пристальное внимание на внешнее оформление. Наши этикетки всегда отличались красотой, лоском, яркостью, оригинальностью и неповторимостью.

И опять я ищу нетрадиционные ходы. И снова я абсолютно уверен, что необходимо делать то, чего еще никто не делал – только так можно добиться успеха. Твоя идея должна быть оригинальной, новой, свежей – только так можно сохранить лидерство.

С Игорем Львовичем Якименко мы проводим мозговой штурм и придумываем «Довгань‑шоу». Идея проста и гениальна. На паспортах качества, которые мы все равно были вынуждены печатать с десятью степенями защиты, с голограммой, криптограммой, которые невозможно было подделать, мы ставили и номера, чтобы был еще и учет. И я предложил по этим номерам раз в неделю разыгрывать один автомобиль, но не просто разыгрывать, как лотерею, а сделать из этого шоу.

Игорь Львович увлекся этой идеей и создал на тот момент самую рейтинговую передачу на российском телеканале, она так и называлась – «Довгань‑шоу». Рейтинг был сумасшедший, люди смотрели, как в прямом эфире самые разные покупатели из разных городов разного возраста выигрывали автомобиль. Изумлению выигравших, их счастью и радости не было предела! За считаные месяцы мы разыграли более 70 автомобилей и более 280 туристических путевок во Францию, а уж всяких плееров, чемоданов и другой мишуры мы разыгрывали десятками тысяч. Эффект был потрясающий! Продажи росли, узнаваемость марки была невероятной! Люди покупали нашу продукцию, отклеивали круглые паспорта качества, хранили их, наклеивая на холодильники, столы, книги… Это был настоящий Довгань‑бум!

Но я делал ставку не на азарт людей, не на шоу, а на защищенное качество. Мы действительно серьезно отвечали за качество продуктов под брендом «Довгань». Наши специалисты дневали и ночевали на заводах, выпускавших для нас продукты. Контролировать качество я поручал только самым доверенным людям. Только так я мог быть абсолютно уверен в том, что наша продукция не нанесет никакого вреда здоровью ни взрослых, ни детей. Это была главная идея!

Когда вы разрабатываете продукт, вы всегда должны исходить из самой важной цели. Как сделать жизнь людей лучше? Как повысить качество жизни людей? Как предложить им не рекламные выкрутасы, а то, что им помогает в жизни? Ролики, плакаты – это все мыльные пузыри, это все пена, которая мгновенно сдувается даже слабым ветерком. Поэтому особо обращаю ваше внимание, дорогой читатель: когда вы разрабатываете рекламную кампанию или маркетинговые ходы, исходите из основы своего продукта или услуги, его полезности, важности, но ни в коем случае не из не подкрепленных ничем пустых слов или мыльных надувательских пузырей. Это не приведет вас к успеху.

В это время наша компания была настолько популярна, что от предложений иностранных телевизионных компаний, журналистов, корреспондентов просто не было отбоя. Я превратился в раба, заложника нашей глобально рекламной стратегии. За 1997 год о нашей компании сняли фильмы: «SNN», «BBC», первый немецкий канал, японское телевидение и еще огромное количество телевизионных каналов, названия которых я сегодня даже и не вспомню.

Телевизионщикам нравилась наша идея, нравился наш нестандартный подход, но иностранцам почему‑то особенно нравилось, что председатель совета директоров Владимир Довгань каждое утро начинает с того, что купается в проруби. Чтобы сократить время на купание, я прямо во дворе нашего дома вырыл бассейн четыре на четыре – такую цивильную персональную прорубь.

Журналисты прознали об этом, и моя жизнь превратилась в сплошное шоу. Такого я и врагу не пожелаю. Когда вы смотрите, дорогой друг, на жизнь звезд телеэкрана, эстрады или бизнеса, я вас уверяю, там нечему завидовать. Жизнь напоказ – это тяжелый труд, страшная психологическая нагрузка. Я испытал это на своей шкуре.

Обычно в нормальных условиях без телевизионщиков, без зрителей, я купаюсь полностью обнаженным. Потому что, когда вылезаешь из проруби на двадцатиградусный мороз в трусах, а тебе еще нужно несколько минут помедитировать, постоять, подышать – выполнить ритуал, согласитесь, не очень‑то приятно чувствовать на себе ледяной панцирь, этакий рыцарский пояс верности. Но когда ты являешься торговой маркой, и проделываешь все это перед телевизионным камерами приходится его терпеть.

Но это еще полбеды. Представьте обычный день, в который мне предстоит хорошенько выложиться на работе. Рано утром я выхожу из дверей своего дома на 20‑градусный мороз в одних плавках и… просто слепну от направленных на меня огромных прожекторов. Вчера я лег в три часа ночи, поспал всего три часа, и вместо того чтобы спокойно почистить зубы, искупаться в проруби, настроиться на работу и начать действовать, я с первых минут начинаю сниматься в телевизионном шоу, подчиняться операторам, делать дубли, отвечать на каверзные вопросы. И так почти каждый день.

Но делать нечего, сказал «А», говори «Б»! На моем лице жизнерадостная улыбка. Весело шагаю в сторону проруби. Опускаюсь в ледяную воду. Выхожу. Мое тело буквально как газовая печка испаряет влагу. Медитирую. Дышу. Пытаюсь просить у матушки‑природы здоровья всем людям, сосредоточиться, но вокруг тебя прожектора, снуют неизвестные люди, жужжат видеокамеры, а какой‑нибудь ретивый оператор лезет со своей видеокамерой тебе в морду. Конечно, ни о какой медитации, ни о какой гармонии души и речи быть не может!

Ну, кажется, все, отмучился, можно уже снять эти ледяные трусы. Нет, здесь телевизионщики просят тебя еще раз повторить все то же самое, потому что у них не получился дубль. Представляете мое настроение! Шесть часов утра. Ледяные панцирные трусы. С улыбкой сквозь зубы отвечаю, скрипя зубами: «Не переживайте! Все нормально! Сейчас сделаю!» А сам ненавижу в этот момент и себя, и всю эту суету, и этих идиотов‑телевизионщиков.

Так заканчивается утреннее шоу.

Выезжаю из дома на работу, но тут, как правило, телевизионщики, снимающие о тебе фильм, просят тебя несколько раз выехать и заехать в ворота, потому что у них не получаются дубли, нужно снять с разных точек. И так до бесконечности… Обычно я люблю ехать в машине и думать, работать головой, не тратить время впустую. Но разве подумаешь, когда на переднем сиденье ерзает оператор, тычет под нос камерой с ярким фонарем и постоянно что‑то у тебя выспрашивает!

На работе ты тоже не можешь зайти в свой кабинет просто так – тебе нужно сделать два‑три прохода, два‑три дубля, чтобы получился качественный фильм. Да и совещание ты тоже не можешь проводить спокойно, опять те же фонари, видеокамеры, опять дурацкие вопросы. И так целый день.

При этом нужно сохранять спокойствие. Ведь ты все‑таки руководишь компанией, ты председатель совета директоров, а не просто шоумен или телевизионный ведущий. На тебе лежит колоссальная ответственность за людей. Каждую минуту ты принимаешь решение стоимостью в десятки миллионов долларов, и вся эта мишура, конечно, тебя порядком раздражает.

В таком бешеном ритме, с бесконечными телевизионными записями, с посещением телевизионных тусовок, шоу, передач, я прожил два года. Но нам этого было мало. И мы с Игорем Львовичем Якименко придумали еще одно, на этот раз авторское шоу под названием «Формула успеха».

Идея была проста. Каждое утро выходила короткая передача, где я спрашивал у известных, выдающихся, заслуженных людей, в чем их формула успеха и какие советы они хотели бы дать нашим телезрителям.

Аудитория ОРТ огромна – практически вся страна. Люди занятые, все, кто работает или учится, обычно смотрят телевизор ранним утром или поздно вечером. Конечно, я просто не мог упустить такой шанс разом убить сразу нескольких зайцев. Во‑первых, эту передачу смотрели те, кто занимался активной профессиональной деятельностью и мог реально что‑то изменить в жизни страны. Во‑вторых, я занимался любимым делом – передавал огромному числу людей передовые знания в области успеха. В‑третьих, я знакомил всю страну с настоящими героями, на которых стоит равняться.

В‑четвертых, это было просто интересно. Существовал еще и пятый, очень немаловажный пункт: мое присутствие, мое лицо было рекламой нашего бренда.

Так как бизнес‑работа отнимала все мое время и нагрузки были колоссальными – в этот момент мы уже попали в полосу дефолта, и борьба шла не на жизнь, а на смерть, – то времени практически не было, а по договору мы должны были делать 5 передач в неделю. «Формула успеха» выходила каждый день, кроме субботы и воскресенья, по утрам. Игорь Львович, понимая всю сложность задачи, создал такую технологию, при которой мы записывали сразу по 20‑25 передач в день. В офисе разворачивали студию, ставили камеры, свет, технику, делали гримерку, и редакторы непрерывно привозили гостей. Мы снимались целый день, и этих передач нам хватало на месяц.

Такая работа, конечно, мне нравилась больше, чем прыгать морозными утрами как каскадер по нескольку раз в прорубь и мучиться, вместо того чтобы получать зарядку и наслаждение. Снимать и быть ведущим ток‑шоу было намного приятней, полезней и интересней. Прежде всего это была прекрасная возможность познакомиться и пообщаться с самыми интересными, самыми успешными людьми, задать им самые сокровенные вопросы. Как и телезрители, я сам учился у них.

На мою знаменитую телепередачу приходили самые разные звезды, но два человека меня удивили больше всех. Прежде всего, это Валентин Дикуль, для меня этот человек все равно что святой. Больше ни у кого в жизни я не видел таких ярких, светлых, голубых глаз! Я просто преклоняюсь перед этим человеком! Дай ему Бог здоровья, и счастья, и сил дальше творить столько добра! Второй человек, который меня поразил, это хирург – знаменитый Александр Белов. Мой земляк из Самары, который в день делает две операции на сердце. Он спит всего лишь по три часа в день, а по ночам пишет очень нужные книги, через которые передает свой опыт всему миру. Было еще очень много героев, с которыми мне удалось побеседовать в этот бурный период, но эти два человека просто покорили мое сердце раз и навсегда.

В тот момент мы привлекали к нашим рекламным компаниям таких звезд, как Клаудиа Шиффер – она рекламировала наши продукты и нашу водку. Мы подписали рекламный контракт с Арнольдом Шварцнегером. Эта дерзкая идея принадлежала Игорю Якименко и Александру Рубину. Когда‑то они проводили первый чемпионат Советского Союза по бодибилдингу и первый конкурс «Мисс СССР».

У Арнольда Шварцнегера есть знаменитый турнир по бодибилдингу его имени, который проходит в США. Такой турнир еще никогда не проходил ни в Европе, ни тем более в России. Игорь задумал удивительную рекламную акцию: провести в Кремле первый турнир Арнольда Шварцнегера, где главным спонсором выступит компания «Довгань».

У Арнольда Шварцнегера около девяти адвокатов. Пока согласовали условия контракта с каждым из них, прошло добрых полгода. Мы сделали предоплату около полумиллиона долларов. Согласовали все тонкости. Подписали контракт, по которому Арнольд Шварценеггер должен был приехать в наш офис для телевизионных съемок и пропаганды нашего бизнеса. Он обязан был провести вместе со мной пресс‑конференцию, на которой должен был похвалить продукцию нашей компании.

Вся реклама турнира полностью принадлежала нашей компании. Стоимость контракта была два с половиной миллиона долларов. Если бы все сработало и не разразился страшный дефолт, после которого в нашей стране абсолютно все рухнуло, мы бы не только вернули все деньги с этой рекламы, но и должны были еще заработать. Вот это высший пилотаж – провести рекламную кампанию так, чтобы не вложить денег ни копейки, ни цента, а еще и получить прибыль, соответственно, вместе с рекламными дивидендами. Такое мог придумать только Игорь Львович Якименко, мастер сложнейших комбинаций в области маркетинга и рекламы. Если вспоминать все наши рекламные находки, ходы, идеи, не хватит и целой книги.


Дата добавления: 2015-09-13; просмотров: 63 | Нарушение авторских прав

ПОЛИТЕХНИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ И АРМИЯ | ТРЕНЕРСКАЯ ЛЮБИМАЯ РАБОТА | МАШИНОСТРОЕНИЕ | ОДИН ДЕНЬ МОЕЙ ЖИЗНИ | ТРИ РАЗОРЕНИЯ – ТРИ МОИХ УНИВЕРСИТЕТА 1 страница | ТРИ РАЗОРЕНИЯ – ТРИ МОИХ УНИВЕРСИТЕТА 2 страница | ТРИ РАЗОРЕНИЯ – ТРИ МОИХ УНИВЕРСИТЕТА 3 страница | ТРИ РАЗОРЕНИЯ – ТРИ МОИХ УНИВЕРСИТЕТА 4 страница | ПОЛИТИКЕ – НЕТ! | HOP‑GO |


lektsii.net - Лекции.Нет - 2014-2017 год. (0.066 сек.)