Студопедия  
Главная страница | Контакты | Случайная страница

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Связь с тонким миром

Читайте также:
  1. I. Связь с Трудовым кодексом Российской Федерации. Общие требования
  2. II. Связь лексикографии с методикой обучения иностранным языкам
  3. Аварийная связь в Нью-Йорке
  4. Базовые определения и их взаимосвязь.
  5. Бесконечно большие функции и их связь с
  6. Бесконечно малые и бесконечно большие числовые последовательности. Их взаимосвязь и свойства. Примеры.
  7. Билет. Движение и его свойства, качественная специфика и взаимосвязь форм движения
  8. Билет. Общество и природа, их взаимосвязь. Философия о сущности общества
  9. Билет. Основные уровни научного познания и их взаимосвязь. Методы научного познания
  10. В данном случае связь прямая и тесная.

Язык

Слушай, дружина, враги и братие!
Все, что творил я, творил не ради я
славы в эпоху кино и радио,
но ради речи родной, словесности.
И. Бродский

Самая главная наука на свете - это лингвистика, только она пока об этом не догадывается. Нет ничего важнее языка, ибо именно он является связующим звеном между человеком и тонким миром. В таких процессах, как обучение, творчество, мышление, чувствование языка, на котором разговаривает с нами наше подсознание, во многом определяет ход и результат этих процессов. И даже внешнее оформление результатов любой деятельности играет принципиальную роль: тонкие моменты, ради которых, собственно, и городится огород, могут быть переданы лишь на адекватном языке, и любые попытки выразить их на более грубом наречии неизменно терпят крах. Стремлением передать мысль или ощущение, не найдя соответствующего языка, переполнены многие тома философских, научных и художественных произведений, к великому ущербу для жаждущего понять человечества.

Любое общение человека с тонким миром заключается в том, что человек задается вопросом (необязательно выраженным словами) и передает управление подсознанию, которое направляет внимание на соответствующую область в тонком мире, получает оттуда определенный информационно-энергетический квант и интерпретирует полученную информацию на доступном для него языке; результат этой интерпретации в том или ином трансформированном виде поступает в сознание. Понятно, что язык, на котором подсознание воспринимает информацию из тонкого мира, имеет первостепенное значение; и прежде всего потому, что он представляет собой определенный фильтр для информационно-энергетического потока: то, что на данном языке невыразимо, в подсознание просто не поступает. Однако язык восприятия информации зависит от конкретной программы подсознания: у каждой программы он свой. Эти языки могут иметь широкий диапазон гибкости: от жесткого формата "да-нет" до, например, широкой системы понятий какой-либо области науки.

Здесь следует подчеркнуть, что язык программ подсознания отличается от того, что обычно понимается под термином язык: литературный, научный и т. д. Язык программы подсознания - это приблизительно то, что называется активным словарем, то есть то, что может "само" прийти в голову.

Язык программы подсознания формируется в результате обучения под влиянием двух факторов: языка внешнего мира и, так сказать, личного творчества человека. Тут сталкиваются две тенденции. С одной стороны, в целях коммуникации язык должен быть общедоступным. Это достигается тем, что общество в целом формирует в тонком мире определенную область (коллективный тезаурус, то есть толковый словарь), в котором находятся соответствующие понятия и связи между ними, и обучает отдельных своих членов доступу к этой области: ребенка учат понимать, говорить на различные темы, обучают манерам, принятым в обществе и т. п. С другой стороны, в процессе выражения своих мыслей и чувств человек часто сталкивается с тем, что ему не хватает того языка, которым он владеет, и он начинает формировать личный тезаурус: наделяет отдельные слова и выражения особыми значениями или оттенками, вводит новые слова и понятия, формирует связи между ними и т. д. Естественно, что для того чтобы понять такого человека, нужно сначала изучить его личный тезаурус.

То же самое происходит и с программами подсознания; отличие заключается в том, что роль коллективного тезауруса играют в этом случае определенные языки общественного подсознания. Вообще, основная трудность обучения заключается не в том, чтобы объяснить учащемуся, что думать - это можно выразить словами, а в том, чтобы дать понять, как думать, то есть, другими словами, сформировать язык соответствующей программы подсознания.

Следует различать две принципиально разные задачи: первая - научить человека думать, как все, то есть подключить его к общественному подсознанию (или ноосфере, как сейчас принято выражаться), и вторая - научить человека мыслить (творить, чувствовать ...) самостоятельно, то есть научить строить языки для программ своего подсознания. Необходимо и то и другое, но вторая задача, как правило, труднее.

Вопреки распространенному мнению, глупый человек может стать умным, так же как от природы хилый может стать сильным. Ежедневные упражнения по подключению к коллективному знанию и различным программам общественного подсознания (читай роман Д. Лондона "Мартин Иден") дадут ему возможность подключиться к коллективному тезаурусу и считывать информацию на желаемые темы; окружающим будет казаться, что он резко поумнел и стал мыслить здраво. Действительно, человек выучил язык и теперь может на нем говорить. Гораздо труднее научиться мыслить оригинально. Это означает, что для каждой конкретной проблемы человек разрабатывает свой, особенный язык для соответствующей программы подсознания. Коллективный язык, хотя и является очень мощным, все же не ориентирован на данную, специфическую проблему, и может оказаться для нее неадекватным, то есть не в силах выразить тонкие моменты. Кроме того, коллективный язык имеет множество штампов, которые часто выполняют роль заглушек, то есть прямых блокировок для потока информации из тонкого мира. Преодоление штампов, в частности, осознание того, что штампованный ответ есть не ответ, а блокировка внимания, устремленного на недоступный для данного языка объект, информация о котором не выразима средствами этого языка, есть важнейшая и необходимая работа, как для индивидуума, так и для коллектива в целом.

Но как же все-таки формировать язык программы подсознания, ориентированный на данную проблему, то есть на связь с данным участком тонкого мира? Это и есть основная проблема обучения. Обычно обучение воспринимается как создание у человека уменьшенной копии совокупности коллективных знаний, умений и навыков (что именуется техникой: рисования, чтения, игры на скрипке) - а дальше - твори, если сумеешь. Вот так и создается бесчисленное множество внутренне совершенно одинаковых и удивительно соответствующих своему времени и обществу предметов искусства, научных теорий и философских систем, не несущих никакого отпечатка личности автора и, главное, не учитывающих специфики проблемы.

Однако истинное творчество начинается там, где человек создает свой язык программы подсознания, и именно этому следует учиться и учить - разумеется, наряду с изучением коллективного языка. Здесь следует иметь в виду два существенных обстоятельства. Во-первых, человек получает ответы только на те вопросы, которыми он задается, а во-вторых, в ответах всегда имеется некоторая дополнительная информация, не связанная непосредственно с вопросом, но являющаяся намеком на дальнейшее направление действий. Поэтому, если художник, рисуя модель, задается вопросом, как ему разместить рисунок на листе, он (быть может, после мучительных колебаний) получит ответ, а если он этим вопросом не задастся, то ответа на него точно не получит. Но, более того, решив основную композицию, он получит ответ (намек) на то, каким должно быть общее выражение лица и прочие пропорции станут вдруг более ясными (опять-таки, если художник стремится создать законченный, то есть обладающий внутренней гармонией, рисунок, а не просто интересуется лишь сходством или соблюдением пропорций самих по себе). По мере продвижения рисунка основной его язык, то есть сокровенные изгибы линий и расположение теневых пятен, возникает именно из этих последовательно возникающих намеков, не связанных прямо с теми вопросами, которыми задается художник. Хороший художник стремится для каждой модели найти свой, наиболее адекватный язык для программы подсознания, на котором подсознание получит информацию и затем передаст ее непосредственно в голову и руку художника. И в выражении рисунка мы увидим синтез образа модели и индивидуальности художника; чем более гибким является его метод, тем меньше проступает на портрете его низшее "я", насилуя образ оригинала.

* * *

Чрезвычайная важность языка программ подсознания находит косвенное выражение в очень любопытном явлении, которое можно наблюдать повсеместно и в быту, и в науке - это споры о словах или терминологии.

Наиболее радикально, казалось бы, этот вопрос решен в математике. Там человек имеет право сказать: "Назовем мартингалом то-то", - и никто его не сможет упрекнуть, если определение точное. Однако эта свобода кажущаяся.

В науках менее точных, скажем, в лингвистике или информатике, вопрос определения основных понятий почему-то находится в центре внимания. Ну, казалось бы, какая разница, что такое именно язык или факт для человека, который занимается данной узкой лингвистической или информационно-поисковой проблемой. Но нет! - любой лингвист-профессионал четко чувствует, что определение языка - нужно. И это действительно в некотором отношении так.

В коллективном тезаурусе отражены все понятия и значения всех слов, в том числе и достаточно расплывчатых, как-то: субстанция, счастье, сознание, вера и т. д. Однако сколь бы расплывчатыми они ни казались, в коллективном подсознании они имеют вполне определенный, хотя и плохо выражаемый словами смысл, и вот именно его-то исследователю хочется поймать и выразить. Таким образом, человек, дающий определение, скажем, языка, обычно не столько оговаривает смысл этого слова в своем дальнейшем изложении, сколько пытается описать, как данное слово воспринимается общественным подсознанием.

Однако более всего ценятся обществом те люди, чьи индивидуальные языки программ подсознания настолько мощны, что сами входят в коллективный тезаурус, обогащая его. Наибольшая заслуга Пушкина, по мнению автора, состоит не в том, что он написал гениальные произведения, а в том, что он создал русский язык. Это - образцовый пример того, как человек искал адекватный язык для выражения того, что прозрела его душа в тонком мире, а результатом его поисков стали не только стихи и поэмы, но целый язык, ставший коллективным. Другой пример - психоанализ. Зигмунд Фрейд велик, по мнению автора, не только как создатель определенных концепций психики, но и как создатель языка, на котором можно описывать движения души. Человек, изучивший его сочинения и усвоивший язык психоанализа, то есть включивший этот язык в подсознательную программу восприятия других людей, смотрит на мир совершенно иными глазами: его сознание сильно расширяется.

Возвращаясь к теме взаимоотношений личного и коллективного тезаурусов, следует особо сказать о прямом влиянии общественного подсознания на индивидуальное. Именно вследствие этого влияния слова сопротивляются их неправильному использованию. Если человек недостаточно чувствует смысл слова в его понимании общественным подсознанием, он не должен наделять его смыслом по своему усмотрению, иначе получится нечто безобразное. Поэтому личные языки программ подсознания обязательно должны учитывать языки программ общественного подсознания (это не означает, что первые должны подчиняться вторым).

Вообще, создание нового языка имеет единственную цель: расширение спектра информационно энергетических потоков из тонкого мира, которые могут быть переданы на этом языке. Когда человеку удается передать более широкий спектр потоков, чем это получалось до него, это производит впечатление чуда. "Как ему это удалось?!" - задаются вопросом изумленные современники и собратья по перу (кисти) и тут же начинают изучать и анализировать созданный им язык. Однако, как правило, они ограничиваются его видимой частью, в то время как основную роль играет язык программы подсознания, на котором подсознание воспринимает информацию из тонкого мира. Этот язык проявляет себя не столько в новых словах, сочетаниях красок и т. п., сколько в не существовавших ранее интонациях фраз, особенностях словоупотребления ("фрак с покушеньями на моду" - Гоголь), словом, в акцентах, которые как раз и отличают гениальное от талантливого, а талантливое от стандарта. Пушкин не создал практически ни одного нового слова, более того, он все слова использовал в их тогдашнем литературном значении, никак не навязывая современникам своих смыслов, но тем не менее он очень сильно расширил спектр энергетических потоков, которые после него стала пропускать литература. Из дальнейшей истории развития языка можно отметить "Шинель" Гоголя и "Бедных людей" Достоевского, где был создан язык, на котором можно изобразить внутреннюю жизнь человека. Поучителен в этом смысле пример поэтов-символистов начала XX века, которые пытались создать новый язык поэзии не с помощью намеков из тонкого мира, приходящих по мере надобности в процессе реальной коммуникации с каким-либо тонким объектом, стремящимся воплотиться, а исходя из формальных ментальных представлений и идей. Символисты создали мертвый язык, который не оказал практически никакого влияния на дальнейшее развитие как поэтического, так и русского языков. Это было связано с тем, что их язык никак не расширил спектра воспринимаемых потоков.

"Все это хорошо, - скажет читатель, - но я-то не Пушкин! Зачем мне свои языки для программ подсознания? И потом - ни творить, ни оригинально мыслить я просто не умею." В последнем пассаже уже содержится ответ на заданный вопрос. Человек не может думать, то есть ему в голову не приходят мысли именно тогда, когда у него в подсознании нет языка, на котором эти мысли могли бы быть выражены. Задаваясь вопросом, всегда следует отдавать себе отчет в том, на каком языке можно ожидать ответа. Человек может всю жизнь задаваться вопросом: "Как мне жить!?" (и травить им окружающих), но до тех пор, пока у него в подсознании не будет сформирован соответствующий язык, пока понятия морали, духовности, ответственности за свои действия не материализуются для него настолько, что будут рассматриваться его подсознанием как реальные, он не сможет получить удовлетворительного ответа.

Сказка о Кощее Бессмертном, чья жизнь на кончике иглы, которая в яйце, которое в утке, которая в зайце, который в сундуке, который на вершине дуба, который, в свою очередь, Бог весть где, - так вот, эта сказка как раз о поиске и создании языка, на котором будет сформулировано решение научной проблемы или создано произведение искусства, или найден ответ, как поступить в жизненной ситуации. Животные, которых встречает герой сказки - медведь, щука и другие - это намеки тонкого мира, с помощью которых человек создает язык, на котором в финале получает адекватный ответ.


Дата добавления: 2015-01-07; просмотров: 7 | Нарушение авторских прав




lektsii.net - Лекции.Нет - 2014-2021 год. (0.018 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав