Студопедия  
Главная страница | Контакты | Случайная страница

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Четвертый круг Ада: 28. Трясина

Читайте также:
  1. ДЕНЬ ЧЕТВЕРТЫЙ
  2. ДЕНЬ ЧЕТВЕРТЫЙ
  3. ДЕНЬ ЧЕТВЕРТЫЙ
  4. ДЕНЬ ЧЕТВЕРТЫЙ.
  5. День четвертый: ветры перемен.
  6. Ответ на четвертый вопрос
  7. РАЗДЕЛ ЧЕТВЕРТЫЙ
  8. Четвертый (Августовский) кризис.
  9. Четвертый блок относительно изображений,что ангелы не заходят в то помещение где изображения.
  10. ЧЕТВЕРТЫЙ ВОПРОС

 

— Пошевеливайся! — сухо бросил мне Зуо, застегивая на своем изящном белоснежном запястье, испещренном голубыми венами, часы из черного золота. (сразу отвечу на возникший вопрос, ДА нефть тоже называют черным золотом, НО: 1. К 23 веку нефти не будет; 2. Уже сейчас существует черное золото: сплав золота, кобальта и хрома с окислением при высокой температуре, покрытие слоем аморфного углерода и, наконец, самая популярная технология - поверхность ювелирного изделия покрывают слоем чёрного родия или рутения гальваническим методом, при этом цвет покрытий варьируется в диапазоне от серого до чёрного; 3. мой мир, мое черное золото! ^_^)
«Хренов аристократ» — пронеслось у меня в голове, и тут же невольно вспомнился рассказ преподавателя истории о том, из-за чего появилось такое понятие, как «голубая кровь», и почему оно ассоциировалось лишь со знатью. Он говорил, что в давние-давние времена, когда человечество еще не знало о компьютерах и даже о водопроводе, у обыкновенного люда кожа обычно была покрыта как минимум парой слоев грязи или пыли, из-за которых не то, что вен, и самой-то кожи не было видно. Еще бы! Батрачили все на полях и зимой и летом. И, естественно, при такой работке, да и такой жизни чистеньким оставаться было очень трудно. Среди аристократов же наоборот ценилась белизна кожи. Доходило до того, что юные леди пили уксус, чтобы выглядеть модно – болезненно бледными. Вы только представьте, каким надо быть безмозглым существом, чтобы хлебнуть уксусной кислоты!!! Жить, что ли надоело? Так вот у таких вот девушек, да и у мужчин, естественно кожа была белоснежной, как сейчас у Зуо, и просвечивали вены. А так как вены были не красные, а голубые, понятное дело обыкновенные люди, замечая их у своих хозяев и господ, приходили к «очевидным» выводам, что и кровь у них голубая. Вот она истинная логика.
Но не успел я обдумать всю кровеносную систему сэмпая, как сам же офигел от собственных умозаключений минуту назад. Черное золото? Я сказал, что часы из реального черного золота? Не веря своим глазам, я присмотрелся и заметил в черном металле, из которого состоял как циферблат, так и ремешок часов, тонкие золотистые прожилки – явный показатель, подделать который было невозможно. Охренеть! Кто бы мог подумать, что я когда-нибудь увижу этот металл!!! Черное золото было создано почти два столетия назад. Подобный сплав в природе не существовал, его синтезировала парочка химиков, тогда еще считавшихся неудачниками, из каких-то металлов упавшего на планету метеорита. Метеорит, кстати говоря, упал в середине XXI века. В то время бомжи-пророки, ученые и добрая половина Самых умных предвещали полное уничтожение человечества, но погибла только четверть! Вот невезуха! Страйка не получилось! Точный размер метеорита тщательно скрывали, поэтому можно было лишь догадываться, каким был камешек, что оставил после себя воронку радиусом всего в несколько тысяч километров и то лишь потому, что люди всячески старались уменьшить силу его падения, помирать-то никому не хотелось. В составе данного космического камешка был выявлен новый элемент, я его окрестил Неведомой Хренью, который по какому-то видимо странному стечению обстоятельств Менделееву присниться не успел. А смешав этот странный элемент с самым обыкновенным золотом, получили черное золото. Только, так как количества Неведомой хрени было очень ограничено, черного золота на планете, естественно, было до безобразия мало, и поэтому оно стало самым дорогим драгоценным металлом, переплюнув своей стоимостью даже платину. И вот из этого самого сплава и были часы Зуо. Охренеть не встать! Да если бы я продал всего себя, причем трижды, все равно бы денег на такие часики не наскреб.
Кроме часов всего за пару минут к темно-фиолетовым штанам, выигрышно очерчивающим длинные ноги и узкие бедра Зуо, присоединилась черная шелковая рубашка, такой же темно-фиолетовый, как и штаны, галстук, только в узкую белую полоску, и наконец, окончательно скрыла от глаз смертных великолепное тело сэмпая кожаная куртка.
— Куда это? — Возмутился я, в этот самый момент как раз демонстративно разуваясь.
— Ты, кажется, десять минут назад ломился в школу, — напомнил мне сэмпай, направляясь к двери.
— Во-о-от! Ты ведь сам это сказал! Это было Десять минут назад! Тогда мы еще не встречались! Сейчас же все изменилось! — бодро заявил я, от двери отходя все дальше. Зуо на меня посмотрел исподлобья, явно стараясь понять, что же я задумал.
- А мне кажется, совсем ничего не изменилось, — осторожно ответил он.
— Как это Совсем! — возмутился я, — ты предложил мне встречаться! Почти на коленях валялся и я, как самый... То есть, ладно... не на коленях... Но предложил мне встречаться! МЫ ВСТРЕЧАЕМСЯ!!! Аха-ха-ха-ха!!!
Зуо по-прежнему наблюдал за мной, на его лице все более явно отражался немой вопрос. И видимо вопросом этим был "А все ли у него в порядке с головой?" А ведь ответ уже давно очевиден! Я самый нормальный из самых нормальных! Да!
— И что же ты предлагаешь? — ехидно спросил Зуо.
— Завтрак! Романтический завтрак двух влюбленных, не замечающих времени, и... — почти пропел я, погружаюсь в пучину своей яркой фантазии.
— У меня нечего жрать, — прервал мой диалог Зуо.
— Но... — мои глаза наполнились слезами, не настоящими, конечно же, но вызвать их было очень просто. Подумать о том, что Меня никто не любит, или, что надо мной все издеваются. Вообще безотказным вариантом было воспоминание о волнистом попугайчике, который жил у нас почти восемь лет и умер, когда я был в третьем классе. Как вспомню его, так сразу разреветься охота!
— Но я так хочу кушать! — Изобразив вселенскую скорбь и шмыгая носом, пробормотал я.
— Только Не Реви, — четко произнес Зуо, смотря на меня с такой опаской, словно я плотина, которую вот-вот прорвет нескончаемый поток воды и затопит несчастного сэмпая, оборвав его и без того хрупкую жизнь.
— Тогда... давай... позавтракаем! – всхлипывал я все громче, внезапно для Зуо хватая его за руку и прижимаясь к ней. А уж с ракурса "Снизу вверх" не мигая и все еще якобы находясь на грани истерики, смотрел на сэмпая глазами большими-большими, честными-честными и... голодными-голодными глазами! Хотя, в действительности есть я почти и не хотел. Я как-то привык, по утрам не есть вовсе, и в этом мне благодушно помогла мама.
— Я же сказал, у меня ничего... — начал было возмущаться Зуо, когда в дверь его постучали. Сэмпай, насколько ему позволяла моя хватка, нагнулся к двери, посмотрел в глазок, тут же закатил глаза, явно над чем-то мысленно матерясь, и, наконец, открыл дверь. На пороге стояла бабушка-одуванчик с ярко-алыми волосами, падающими на сухие костлявые плечи маленькими кудряшками и закрывающими старческую обвисшую шею. На бабушке была свободная старая толстовка, серые потертые джинсы, которые я был бы не прочь взять у нее погонять, и ядовито-зеленые сланцы. В руках у бабушки был поднос с небольшой кастрюлькой, от которой по всей квартире тут же распространился безумно аппетитный запах.
— Здравствуйте, Мистер Зуо, — улыбнулась она во все свои одиннадцать зубов. Вы не думайте, я не преувеличиваю. Пересчитал несколько раз!
— Здравствуй, Грета, — сдержанно поприветствовал женщину сэмпай.
— Я вот сделала вам завтрак!
— Какое поразительное совпадение, — фыркнул Зуо, но взял-таки поднос из рук старушки.
— Приятного вам аппетита, — заулыбалась она.
— Спасибо, — пробубнил в ответ Зуо.
— А вам, молодой человек, очень повезло, — обратилась она ко мне и внезапно незаметно для сэмпая подмигнула, — то, что у него в штанах...
Дослушать я не успел, ибо дверь внезапно захлопнулась, а Зуо покраснел как рак.
— О-о-о... она знает, что у тебя в штанах? Неужели?! Только не говори мне... что спал с ней! — воскликнул я и театрально закрыл ладонями рот и нос, изображая ужас.
— НЕТ, конечно!!! — тут же вспылил сэмпай, но краснота с лица все еще не сходила.
— Тогда как это понимать?! — уперев руки в бока, изобразил я ревнующую домохозяйку.
— Просто... я в ванной... стену... БЛЯТЬ! ДА ЧЕГО Я ОПРАВДЫВАЮСЬ ПЕРЕД ТОБОЙ! — вспылил Зуо, и больше не обращая на меня внимания, прошел на кухню и с грохотом поставил поднос с кастрюлькой на стол, — Иди жри!
— Я не жру... я кушаю, — деловито поправил я Зуо, — и один я не буду есть... ты тоже садись.
— Не собираюсь я...! — начал было он, но я тут же вспомнил про попугайчика! Глаза наполнились слезами и сэмпай, после нескольких секунд борьбы с собственным раздражением сел-таки за стол к стене. Глаза его уже давно стали красными, вот она, сила любви!!! Я же спокойно прошел к Зуо и, как ни в чем не бывало, уселся к нему на колени.
— Приятного всем аппетита! — громко воскликнул я, перекрывая, было зарождающееся возмущения Зуо по поводу того, что сесть я мог и на табуретку, что стояла неподалеку.
— Но ведь так завтракают абсолютно все, кто встречается! — уверенный в своей правоте, воскликнул я, — К тому же, на коленях куда теплее и удобнее!
— Да что ты! — всплеснул Зуо руками, — Кто бы мог подумать! А я-то уже хотел начистить твое рыло, Но если так делают Все, кто Встречается и если так удобнее то... то я, блять, все равно сейчас тебе твою морду разукрашу!
— Не надо... и так не красавец, — буркнул я, потирая синяк на скуле. С колен сэмпая я все равно не слез, но и больше ничего не говорил. Пододвинул к себе кастрюльку, и открыл крышку. Внутри оказался до жути вкусный на вид и на запах плов! Я тут же чуть собственными слюнями не захлебнулся. Схватил со стола не самую чистую ложку, которая по ходу дела лежала там не одно столетие, и тут же опробовал поварские способности Грэты. Плов оказался настолько вкусным, что я чуть не взвизгнул от восторга. Тут же, забыв обо всех обидах, повернулся к Зуо вполоборота и посмотрел на его вечно чем-то недовольную моську.
— Хочешь попробовать? — зачерпнув ложкой новую порцию риса с мясом, предложил я ему.
— Обойдусь, — поморщился он в ответ, старательно избегая моего взгляда.
— Да ладно, тебе! Попробуй! — начал я настаивать на своем.
— Я же сказал, что... — я таки запихнул в рот сэмпаю ложку с рисом, воспользовавшись тем, что он говорил. Надо было видеть глаза Зуо. Сначала он чуть не подавился, затем все же проглотил все, что попало ему в рот, и заулыбался. Но улыбался Зуо явно не из-за того, что рис оказался вкусным.
— Я тебя щас этим дерьмом нашпигую по самую глотку, — все с той же улыбкой пообещал он, и прежде чем я сообразил, что мне пора сматываться, схватил меня за талию одной рукой, дабы я не убежал, второй зачерпнул ложкой побольше плова и тут же запихнул мне ее в рот. Не успел я прожевать и первую порцию, как за ней последовала вторая и третья. Щеки мои тут же раздулись как у хомяка, но я стойко прожевал и проглотил все.
— Вот! Об этом я и мечтал! Чтобы мой Любимый кормил меня с ложечки! – захлопал я в ладошки и ложка, что в очередной раз угрожающе направилась в сторону моего рта, зависла на полпути. От слова "Любимый" Зуо передернуло. Да и меня бы самого передернуло, ибо подобные телячьи нежности мне нравятся лишь при очень уж романтическом настрое, а когда тебе в рот плов тоннами запихивают, романтикой и не пахнет.
Зуо тем временем кинул ложку в кастрюлю и попробовал меня спихнуть со своих колен. Не слишком ли ты многого хочешь, красавчик. Я с изворотливостью, на которую был только способен, не только удержался на коленях у Зуо, но еще и уселся к нему лицом, обвив его бедра ногами, руками вцепившись в его талию и прижавшись головой к его груди. Вот теперь, сколько не отдирай, ничего не получиться!
— Слезь с меня, — послышался угрожающий рык. Я на это лишь зажмурился, вцепился посильнее и отрицательно замотал головой.
— Насекомое!!!
— Да! Для тебя хоть Чебурашка! — заявил я, чувствуя, как руки Зуо пытаются меня отодрать от сэмпая. Ну, уж нет!
— Я отстану от тебя, если ты меня поцелуешь! – чувствуя, как силы уходят, и меня вот-вот Победят, прохныкал я. Зуо приостановил свои попытки сбросить меня с себя, и я почти физически ощутил на себе обжигающий взгляд, оторвался-таки от груди Зуо и взглянул на него. Конечно, надеялся я на исполнение своего желания, но готовился к худшему. Поэтому когда Зуо слегка наклонился ко мне, я невольно отпрянул и на немой вопрос, прочитавшийся во взгляде Зуо, нервно хихикнул, сам обнял его за шею, притянул к себе... Но поцеловал все-таки меня Зуо, а не наоборот. Первоначальный поцелуй оказался очень робким и скованным, поэтому мне стоило больших усилий подавлять в себе издевательские смешки, смиренно ожидая, когда же юная гроза мафии раскрепостится и начнет действовать более раскованно. Впрочем, долго ждать не пришлось. Уже через минуту мне вздохнуть толком не давали, буквально душили страстными поцелуями, одновременно откровенно лапая меня и не давая даже пальцем пошевелить самостоятельно. Зуо явно любил все брать в свои руки, но мне совсем не нравилась роль молчаливой куклы, поэтому я наивно пытался хоть чуть-чуть перетянуть инициативу на себя. Бесполезно! Зуо как танк! Пер напролом, разрушая любые хилые попытки скромных ответов с моей стороны. Даже когда я полез к сэмпаю под рубашку, и эта моя попытка была резко пресечена. Одним рывком я внезапно оказался разложенным на столе с прижатыми над головой руками. Кастрюлька с пловом полетела на пол. Вот же расточительство! Зуо улегся прямо на меня, придавив всем своим весом к столу и тихо прошептав "не рыпайся", он продолжал свое "завоевание" моего несчастного тельца. Страшно подумать, что бы он вытворял, если бы я еще и сопротивлялся! Да от меня, наверное, мокрого места не осталось бы. Воистину разрушительная страсть! Я думал, что подобный напор меня разозлит, если не испугает, но как не странно ощущение полной беспомощности и невозможности что-либо сделать самому мне даже понравилось. Видимо, в глубине души я все-таки еще тот мазохист! Зуо тем временем времени зря не терял. Я почувствовал, как сэмпай требовательно раздвигает мои колени, ложится между них и...
— Ну, наконец-то они делом занялись, — послышался голос Греты где-то за стенкой. Ее слова сопровождались несколькими смешками откуда-то сверху. Возбуждение как рукой сняло как с меня, так, естественно, и с Зуо. Он вскочил с меня, задрал голову к потолку и зло прошипел:
— Я сейчас поднимусь и нашпигую пулями вас так, крысы, что вы ими срать будете! — пообещал он, и смешки тут же утихли, — Ты... собирайся, — это уже было адресовано мне, и больше не смотря на мою порядком растрепанную фигуру, Зуо вышел из кухни. Я же тяжело вздохнул, так же задрал голову к потолку и тоже обратился к соседям:
— И кто вас только за язык-то тянул?! — слабо возмутился я, слез со стола, поправил свою кофту и поплелся за взбешенным сэмпаем.
****
"Любовь — это слабость, а человек, к которому ты что-либо испытываешь — настоящая проблема. Если люди узнают, что ты влюблен, они перестанут видеть в тебе монстра, разглядят человека, способного любить, а значит, больше не будут бояться тебя, начнут презирать, пользоваться, пожирать и уничтожат как тебя, так и объект твоей бесполезной любви.
Никогда, Зуо, Никогда не влюбляйся. Ненавидь, презирай, помни, что ты выше их всех и тогда ты останешься неуязвимым".
«Но что, же делать, если ты все же влюбился?» — задавался вопросом Зуо, не представляя, как вести себя с Ним, как с Ним общаться, как смотреть Ему в глаза. Ведь Он знает все о том, что ты к нему испытываешь. Ты изображаешь равнодушие и привычное презрение, но все равно что-то уже безвозвратно изменилось. Он знает, он чувствует, он понимает, что если захочет, сможет вить из тебя веревки. Ты и сам это осознаешь, чувствуя, что все сложнее отвечать «Нет» на его капризы, ощущая, что его слезы становятся для тебя все болезненней. Сжимаешь кулаки до крови, но от этого не становится легче. Ты так хочешь к нему прикоснуться. Так хочешь его поцеловать! И он хочет того же. Всего несколько секунд раздумий, и ты медленно наклоняешься к нему, не веришь, что действительно это делаешь, но все же целуешь его. Ты хочешь остановиться и сказать что-нибудь колкое про то, что исполнил его желание и теперь он должен от тебя отцепиться, но просто не можешь от него оторваться. Поцелуй, который должен был отражать весь твой холод и безразличие к нему, превращается в воплощение твоей слегка ненормальной и безумной любви. Ты становишься неадекватным, берешь инициативу на себя, ощущая, как последние толики гордости шипят и растворяются в ядовитой бешеной страсти. Опрокидываешь его на стол, не даешь дышать, шевелиться, делать хоть что-то. Раздвигаешь его ноги и откровенно хочешь его. Кажется, сейчас тебя уже ничто не остановит и не отрезвит. Его запах, его влажные губы, горячие руки и полумрак из-за занавесок действуют посильнее любого наркотика. И лишь глупая фраза из реального мира вмиг приводит тебя в себя, заставляет посмотреть на себя со стороны и вызывает презрение к самому себе. Ты с неимоверным усилием все же берешь себя в руки, с наигранным безразличием говоришь ему собираться в школу, и сам, стараясь больше на него не смотреть, обуваешься, выходишь за ним из квартиры, плетешься к мотоциклу, кидая на его спину полные желания взгляды. Желания и страха. Никогда и никто тебе не был Нужен настолько и никогда и никто не имел над тобой такую власть, которая сейчас была в Его руках. Одно лишь тебя еще спасало. Он сам не знал, насколько ты слаб перед ним, насколько ты нуждаешься в нем. Но долго ли он еще будет прибывать в неведении? И когда узнает, как поведет себя?
Ты стараешься об этом не думать, но почему-то перед глазами то и дело открывается одна и та же картина. Ты посреди болота, которое беспощадно затягивает тебя на дно. Ты трепыхаешься, материшься, стреляешь в него и топчешь, но от этого оно лишь сильнее и быстрее засасывает тебя в свои недра.
Тери был этим самым болотом, настоящей беспощадной трясиной. Жаль, ты не подозревал о подобных последствиях до вашего личного знакомства, иначе никогда бы ни полез в Отбор и не подписал бы тем самым себе приговор.
****
До школы доехали мы с ветерком. Зуо всю дорогу молчал и как бы я не старался его разговорить, все было без толку. Первые два урока я пропустил, а на третий опаздывал уже на десять минут, когда сэмпай заехал на территорию школы. На крыльце не было ни единой души, поэтому, когда я слез с мотоцикла, позволил себе слегка чмокнуть Зуо в щечку. Он, естественно, тут же ощетинился и обматерил меня с головы до ног, но у меня было слишком хорошее настроение, чтобы принимать близко к сердцу такое фееричное доказательство любви. Рокот мотора разорвал тишину и сэмпай, словно от кого-то убегая, а так как на крыльце был только я, то резонно предположить, что причиной бегства был я сам, буквально вылетел с территории школы и помчался куда-то в неизвестном направлении. Проводив его взглядом и что-то напевая себе под нос, я, все еще прибывая в эйфории, поднялся на сорок четвертый этаж к своему классу:
— Здрасьте! Я опоздал! Можно зайти?! — громче, чем хотелось бы и со счастливой улыбкой на лице, буквально пропел я. Преподавательница, что вела у нас домоводство, вздрогнула, окинула меня не предвещающим ничего хорошего взглядом, но все же сдержанно кивнула. Я тут же вприпрыжку дошел до своей парты и плюхнулся рядом с Мифи, которая в этот самый момент месила тесто с таким видом, словно от этого как минимум зависела ее жизнь. Вообще, домоводство могло бы стать одним из моих любимых уроков, если бы Мифи не готовила настолько отвратительно, что каждый раз мне, как единственной жертве, обязанной пробовать все ее кулинарные изыски, не приходилось после этого проводить часы в туалете. По этой причине я даже иногда прогуливал домоводство, страшась смертельного отравления.
Сегодня мы проходили выпечку. На мониторе Мифи на красивой тарелочке были разложены разнообразные сахарные печенюшки, которые, видимо, она и собиралась делать. Но увидев меня, она естественно забыла и о тесте, и о том, что из него делать собиралась.
— Тери! Ты! Гавнюк! Хоть представляешь, как я волновалась! — зашептала она, — Когда твоя мама сказала, что ты ночевал у Зуо, я думала, свихнусь! Ты! Ночевал! У ЗУО???!
— Да-а-а... Ночевал, — довольно улыбнулся я, включая монитор и рассматривая классное задание, — М-м-м... печенье... ладно не мясо... твое мясо есть страшнее всего! А, нет, еще рыбу… С твоей рыбой солитера можно подцепить… и не только его… А выпечка еще ладно!
— Не увиливай от вопроса! — возмутилась подруга, собирая тесто в комок и начиная отщипывать от него небольшие кусочки. Я же брал эти кусочки и катал из них маленькие шарики.
— А я и не увиливаю. И какой собственно вопрос? Ночевал ли я в действительности у Зуо? Да, ночевал.
— Но, что вы делали?!
— Что за вопрос странный? Целовались, — с блаженным видом протянул я. Мифи аж тесто из рук выронила.
— Как целовались, — почти простонала она, — Ты? С ним? С ума что ли сошел?! — накинулась она на меня, — А как же... Как же Ник?
— Ник хороший... — протянул я, — Но знаешь... Он мне не нужен, да и я ему не особенно, — пожал я плечами.
— Что значит "ты ему не особенно?!" Он же втюрился в тебя!
— Ага... и рассказал всем про то, что мы переспали, — вздохнул я.
— Не-е... он рассказал только мне, так как я твоя подруга... Когда ты вчера не пришел, он весь разволновался, думал, что это он виноват в твоем отсутствии… беспокоился… прибежал ко мне, расспрашивал о тебе… Ну я заметила, что он нервничает что-то уж слишком сильно и все из него вытянула! А потом я уже всех остальных проинформировала, — гордо заявила Мифи. Даже при всем своем хорошем настроении во мне тут же начал закипать гнев.
— Ну и дура! — выпалил я на весь класс, но тут же замолк и отвернулся от нанитки.
— Я ж хотела как лучше, — пожала плечами она.
— Интересно чем же лучше то, что полшколы знает о моей связи с Ником???
— Я думала, ты сдрейфишь огласки и не захочешь с ним встречаться, а так огласка уже есть – бояться нечего, — хмыкнула она и вновь начала отщипывать от теста кусочки. Я же их продолжил машинально скатывать в шарики, стараясь понять ход мыслей Мифи и четко осознавая, что даже мой гениальный ум на это просто не способен.
— И все-таки От тебя я такого не ожидала, — тем временем продолжала разговор Мифи. Я же старался ее игнорировать, но на такие фразы грех не отреагировать:
— В каком это смысле?
— Переспать с Ником, а на следующий день сосаться с Зуо… 5изд9ец Тери! Ведешь себя как… — она осеклась, видимо заметив мой взгляд.
— Кто бы говорил, — одними губами прошипел я, в ярости сжимая комок с тестом так, что оно просочилось между моих пальцев в виде тонкой вермишели, — Я тебе кажется и раньше говорил, что мне нравится Зуо! А ты мне Ника пропихивала ради каких-то нанитовских челюстей!
— Клыков, — деловито поправила меня Мифи, но я пропустил это мимо ушей.
— А сейчас возможно я, наконец-то, добился своего счастья и не надо меня этим попрекать. А Нику твоему вообще, кажется, срать с кем трахаться! Это видимо у вас, у Нанитов, в порядке вещей! – бросил я напоследок и начал раскладывать колобки теста на маленьком противне. Я морально ожидал, когда взорвется и Мифи, начнет орать, вопить и плеваться ядом. Но ее действия оказались куда менее громкими. Она просто со всего размаха бросила в меня комок оставшегося теста. А когда я открыл, было, рот, чтобы начать возмущаться, добрую часть будущего печенья еще и в рот мне запихнула. Прямо как я с Зуо проделал, вот ведь совпадение! Или расплата? Меня почти тут же замутило, но сдаваться так просто я не собирался. Сам схватил со стола пару колобков и уже прицелился ими в Мифи. Наша перепалка точно бы перешла в драку, если бы не учительница, которая одним лишь «Кхем» в один миг остудила пыл у нас обоих.
— Попрошу вас, Фелини, не есть сырого теста. Потерпите до того, как печенье будет полностью готово, — по классу прокатились ехидные смешки, — А вы, Лэйри, не так хорошо готовите, чтобы кормить своего одноклассника еще не готовым… ведь и готовым кормить его будет довольно опасно, — хмуро обратилась она к Мифи, заставляя мою подругу краснеть от стыда. Да, она готовила хуже всех в классе. А я был одним из лучших, потому что только здесь у меня была возможность есть постоянно. Проблема лишь была в том, что есть, приходилось еще и стряпню Мифи, которая действительно была опасна для жизни.
— Прости меня, — послышалось робкое минут через десять после молчаливых катаний колобков, посыпания их сахаром или обмазывания сливочным кремом, — Я правда не хотела рассказывать… но просто опять про тебя начали говорить всякие гадости… про то, какой ты недотрога, какой ботаник, и что тронутый на всю голову. А главное заявили, что ты будешь сорокалетним девственником. А мне стало так обидно! Я возьми и ляпни про вас с Ником. Ну а слухи быстро расходятся… Ник мне тоже уже многое высказал… — шмыгнула носом подруга.
— Ладно… не парься… — грустно вздохнул я, — главное про нас с Зуо никому не рассказывай, иначе он меня закопает…
— Закопает? Разве вы не встречаетесь?
— О, Да! Мы встречаемся! Но это его не остановит, — против воли вновь заулыбался я.
— Тери, ты мазохист! – хихикнула Мифи, ставя сковородку с будущим печеньем в мини-духовку.
— Сам знаю, — пожал я плечами, не прекращая глупо лыбиться.
— И что? Как ты заставил его признаться тебе в любви?
— А он мне в ней не признавался… только сказал, что я ему интересен — пожал я плечами и тут же, спохватившись, добавил, — Никого я не заставлял! Да он сам…!
— О да… Тери… нашел, кому по ушам то ездить… я слишком хорошо тебя знаю, и слишком хорошо вся школа знает характер Зуо. Он скорее говна нажрется, чем добровольно признается в чем-нибудь подобном! Ты что, шантажировал его? Угрожал? Ревел?
— Все и сразу, — фыркнул я недовольно, — можно подумать меня уже и полюбить нельзя…
— О, начинается, — хлопнула себя по лбу Мифи, — я ничего не говорила про то, могут тебя полюбить или нет, но вот Зуо… Тери! Это же Зуо! Кошмар всей школы, если не всего города!
— Не такой уж он и кошмарный, — гнул я свою позицию.
— Ага… и синяк у тебя на скуле, конечно же, от падения и удара об унитаз! А все остальные синяки, которые я, безусловно, отыщу на каждом квадратном сантиметре твоего тела так же падения с табуреток, лестниц и из окон! И все Случайно! Тери… он псих…
— Ну, я-то от него ушел не далеко, — начал оправдываться я.
— Вот уж точно, — внезапно согласилась Мифи, выключая духовку и вытаскивая из нее противень с печеньем, — Я в некоторые из-них запихала записки с предсказаниями! Выбирай!
Я с опаской взял одну из печенек, надкусил ее… на вкус гадость была неимоверная. Как можно настолько испоганить стандартное тесто понять я не мог. И все же героически проглотив кусочек, я выудил из печеньки клочок бумаги, развернул его… «ТЫ СДОХНЕШЬ МЕДЛЕННОЙ И МУЧИТЕЛЬНОЙ СМЕРТЬЮ!!!» — вещало предсказание.
— Мифи, слушай… предсказания Так не пишутся, — возмутился, было, я, когда почувствовал, как в животе начинается война. Причем не на жизнь, а на смерть!
Ни Мифи, ни преподавательница так и не поняли, почему я внезапно вскочил со своего места и понесся в сторону туалета. Вот она! Мучительная и ужасная! Та самая смерть! Она уже подходит… я чувствую…

Загрузка...

Дата добавления: 2015-01-30; просмотров: 14 | Нарушение авторских прав

<== предыдущая лекция | следующая лекция ==>
Четвертый круг Ада: 27. Встань на одно колено!| Четвертый круг Ада: 29. Кем были, кем стали...

lektsii.net - Лекции.Нет - 2014-2019 год. (0.011 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав