Студопедия  
Главная страница | Контакты | Случайная страница

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Ольга Костюкова: Мечта писателя: российские тиражи и западные гонорары

Читайте также:
  1. Американская мечта
  2. Главный редактор газеты- Ли Ольга Сергеевна.
  3. Действующие лица: Вадим, Ольга, Екатерина Сергеевна(мама Ольги), Татьяна
  4. Западные концепции денежно-кредитного регулирования экономики
  5. ЗДОРОВЫЕ ЗУБЫ - МЕЧТА ИЛИ РЕАЛЬНОСТЬ?
  6. Илья Ильич Обломов и Ольга Ильинская.
  7. Конституционные мечтания наследника престола
  8. Мечта уводит от жизни или ведет по жизненному пути?
  9. Ольга уходит. Екатерина Сергеевна пытается заняться йогой, звонок, врывается Татьяна.

В декабре 1993 г. в интервью филологу Салли Лэярд Пелевин жаловался, что «сегодня нельзя заработать деньги писательством, независимо от того, насколько ты знаменит, и даже если твои книги публикуются многотысячным тиражом. Я продал 100 000 экземпляров книги рассказов «Синий фонарь». Если вы издадите такой тираж на Западе — это огромный успех, но здесь это не принесло денег. Единственная надежда, если твою работу переведут, то заплатят немного валюты».

А меньше чем за год до этого интервью у Пелевина, видимо, были серьезные проблемы с деньгами. Вспоминает заместитель главного редактора «НГ» литературный критик Игорь Зотов, который работал тогда журналистом в информационном агентстве «НЕГА» при редакции газеты:

«Неожиданно мне позвонил Пелевин и сказал, что у него важное дело. Разговор состоялся на третьем этаже редакции, на лестнице. Мы стояли и курили, и он совершенно неожиданно задал вопрос: «Можно ли поработать в вашем агентстве в качестве редактора или журналиста?» Я спросил: «А что так, зачем?» Он ответил: «Надо же на что-то жить». Тогда вроде бы деньги были не очень большие, но регулярно платились. В среднем рублей восемьсот или тысячу я получал. Я ответил утвердительно. Но Витя не позвонил больше, видимо, что-то у него по-другому решилось».

Многим литераторам почему-то неприятно, что когда они Пелевина о чем-то просят, он всегда сразу спрашивает о размере вознаграждения. Главный редактор газеты «День литературы» критик Владимир Бондаренко с возмущением рассказывал коллегам, что, когда он попросил писателя дать что-то для газеты, Пелевин ответил, что печатается только за гонорар в сто долларов страничка. С не меньшим неудовольствием бывший главный редактор «НГ» Виталий Третьяков говорил, что Пелевин был единственным, кто спросил Бориса Березовского, сколько тот ему заплатит за участие в ЗАО «Телетраст», которому Березовский в октябре прошлого года хотел передать принадлежавшие ему 49% акций ОРТ. Когда Пелевину ответили, что это почетная общественная работа, он от участия в мероприятии отказался.

Но вот Дмитрий Стахов, напротив, симпатизирует такой позиции. В 1995 г. он работал в журнале «Огонек» и придумал ввести западную практику — заказывать известным писателям рассказы на интересующую журнал тему. «И выяснилась такая вещь, — вспоминает Дмитрий Стахов, — несмотря на то, что в России писателей немало, по-прикладному профессионально к своему ремеслу могут подойти только единицы. Подавляющее большинство, к кому я обращался, отвечали примерно в том смысле, что я, мол, пишу для вечности, а вы тут такое предлагаете…» Откликнулись сразу только три писателя: Андрей Битов, Сергей Белошников и Виктор Пелевин. За рассказ «Огонек» предлагал 300 долларов. Пелевина это устроило, и он написал на обговоренную тему — война в Чечне — рассказ «Папахи на башнях». За три дня. Кстати, многие критики считают этот рассказ одним из лучших у Пелевина.

Свою статью «Гадание по рунам» из «Науки и религии» Пелевин использовал на все сто: сдал ее в качестве курсовой работы в Литинституте по курсу «Зарубежная литература Средних веков и Возрождения» и продал какому-то кооперативу в качестве инструкции к набору рун. Часто говорил, что гадает своим друзьям и у некоторых от этого «крыша поехала», а другие «возродились».

Заместитель главного редактора «НГ» писатель Олег Давыдов при знакомстве с Пелевиным выяснил, что тот гадает и по «И Цзин», китайской «Книге перемен»:

«Он рассказал мне, что в основе некоторых глав «Жизни насекомых» заложена гексаграмма «Колодец». Ну и разговор пошел профессионально, о толкованиях этой гексаграммы. Когда-то я гадал одному другу, и ему выпал «Колодец», я ему предсказал немного, ну и мы обсуждали мое предсказание, его предсказания… Причем он гадает старинной китайской монетой, у меня другая методика — я перекладываю листья тысячелистника. Смысл этого гадания в чем: надо выявить шесть линий, прерывистых или сплошных. Монету подбрасываешь и смотришь, какое начало: женское или мужское, условно — орел или решка, сильная — слабая, свет — тень. У него еще была компьютерная программа по гаданию «И Цзин», и он также гадал, используя ее. Он мне сказал, что очень разочаровался в этих компьютерных программах, потому что компьютер гадает механически».

* * *

С шестнадцатого этажа одного из корпусов дома # 3 по Чертановской улице иногда вдруг засветит яркий красный лучик, шмыгнет пару раз по «Мерсу» или «Тойоте» какого-нибудь «нового русского». «Он начинает метаться, а я сижу и смеюсь», — рассказал как-то раз культовый писатель Виктор Пелевин Виктории Шохиной...

Загрузка...

 

Недавно к юристам литературного агентства «ФТМ» обратился писатель Виктор Пелевин. Он хочет получить деньги за постановку спектакля по его роману «Чапаев и Пустота». Похоже, предстоит довольно интересный судебный процесс.

Виктор Пелевин — личность во многом мифическая и, наверное, не все его поклонники способны будут в одночасье совместить в своем сознании понятия «гуру» и «истец».

Переводчик Наталья Перова говорит, что ее всегда поражала практичность Пелевина в денежных вопросах. Особенно потому, что писатель считает себя буддистом и не раз говорил Перовой об относительности и иллюзорности материального мира. «Витя, как же ты совмещаешь буддизм и любовь к деньгам?» — спрашивала Наталья Перова. «Э-э, деньги это совершенно особая материя», — всегда отвечал Пелевин.

Много лет Виктор Пелевин вел двойную жизнь: на родине он не давал интервью журналистам, на обложках книг помещал фотографии с закрытым руками лицом или в черных очках. Одно время среди его поклонников даже ходил слух, что на самом деле никакого Пелевина нет, а книги под этим именем пишет чуть ли не компьютер. Но за рубежом интервью с Пелевиным появлялись довольно регулярно, и фотографам, работающим на зарубежные издания, он охотно позировал. В конце 1993 г. в интервью английскому филологу Салли Лэярд Пелевин жаловался: «Сегодня нельзя заработать деньги писательством, независимо от того, насколько ты знаменит, и даже если твои книги публикуются многотысячным тиражом. Я продал сто тысяч экземпляров книги рассказов «Синий фонарь». Если вы издадите такой тираж на Западе, это огромный успех, но здесь это не принесло денег. Единственная надежда, что если твою работу переведут, то заплатят немного валюты».

Переводить Пелевина начали во многом благодаря усилиям Натальи Перовой, которая в конце 1991 г. начала издавать в Москве журнал современной русской литературы на английском языке Glas. В малотиражной андеграундной газете тех лет «Гуманитарный фонд» Перова прочитала рассказ Пелевина и захотела познакомиться с автором. Пелевин принес рукописи, в том числе повесть «Омон Ра». Началось сотрудничество, которое переросло в дружбу.

В 1992 г. у Пелевина, похоже, были серьезные проблемы с деньгами. Рассказывает заместитель главного редактора «Независимой газеты» Игорь Зотов — в то время он работал журналистом в информационном агентстве «НЕГА» при редакции газеты: «Неожиданно мне позвонил Пелевин и сказал, что у него важный разговор. Разговор состоялся на третьем этаже редакции, на лестнице. Мы стояли, курили, и совершенно неожиданно он задал вопрос, можно ли работать в нашем агентстве в качестве редактора или журналиста. Я спросил: «А что так, зачем?». Он ответил: «Надо же на что-то жить». Тогда вроде бы деньги были не очень большие, но платились регулярно. В среднем рублей восемьсот или тысячу я получал. Я ответил утвердительно. Но Витя не звонил больше, видимо, что-то у него по-другому решилось».

Решилось, действительно, по-другому: Наталья Перова, которой молодой писатель жаловался на проблемы с деньгами, порекомендовала Пелевина своей подруге, журналистке индийской газеты «Таймс оф Индиа» Айше Кагал, в качестве помощника. Пелевин ей переводил, читал российские газеты, договаривался об интервью. Платила ему госпожа Кагал 100 долларов в месяц.

По словам поэта и литературоведа Виктора Куллэ, очень хорошо знающего Пелевина, писатель всегда старался, чтобы люди из разных компаний, с которыми он общался, не пересекались между собой. Когда у Пелевина началась дружба с переводчицей Натальей Перовой, он стал сотрудничать с редактором отдела прозы журнала «Знамя» Викторией Шохиной. Шохиной Пелевин тоже принес повесть «Омон Ра», но вел себя с ней абсолютно по-другому — как вполне обеспеченный молодой человек, говорил, что «сделал» неплохие деньги на продаже компьютеров. Когда повесть «Омон Ра» готовили в журнале «Знамя» к публикации, Шохина спросила писателя, что написать в биографической справке. «Напиши: спекулировал компьютерами. Компьютерный спекулянт», — ответил Пелевин и засмеялся.

На самом деле свой первый персональный компьютер Виктор Пелевин купил в 1993 г. на деньги от Малой Букеровской премии за свою первую книгу рассказов «Синий фонарь». Премия составляла 1200 долларов.

Что касается «спекуляции» компьютерами, то, похоже, Пелевин просто «ненавязчиво» вплел в свою биографию фрагменты из жизни своего тогдашнего приятеля писателя Альберта Егазарова, с которым познакомился в Литературном институте имени Горького. В 1990 г. Егазаров заработал немало денег на продаже редких тогда в Москве компьютеров и решил вложить их в издание книг. При Литинституте он организовал книжное издательство «День», переименованное вскоре в издательство «Миф». Егазаров пригласил Виктора Пелевина заведовать прозой, а Виктора Куллэ — поэзией. «Мы получали у Егазарова приличные деньги — по тысяче рублей, при тогдашнем среднем заработке рублей в триста», — вспоминает Куллэ.

Виктор Пелевин готовил в «Мифе» трехтомник Карлоса Кастанеды. За основу он взял известный перевод Максимова, который все интересующиеся предметом читали еще в «самиздате». Пелевин его практически переписал. По словам знатоков, перевод Максимова очень точный, но нечитабельный и действительно очень выиграл после пелевинской редактуры. Но в начале 1992 г. Пелевин поссорился с Егазаровым и из «Мифа» ушел.

В начале 1993 г. у индийской работодательницы Виктора Пелевина Айши Кагал случилось несчастье, и она уехала домой. Но приблизительно в это же время в США издали сборник рассказов Пелевина, заплатив ему гонорар в семь тысяч долларов. «Пелевин всегда говорил мне, что хочет быть популярным, коммерческим писателем. Я отвечала, что вряд ли, Виктор, это получится, слишком ты образован и умен. Но у него все получилось», — говорит Наталья Перова.

Многим литераторам почему-то не нравится, что Пелевин в ответ на их просьбы всегда спрашивает о размере вознаграждения. Совсем недавно главный редактор газеты «День литературы» Владимир Бондаренко с неприязнью рассказывал коллегам, как однажды он попросил писателя дать что-то для газеты, а Пелевин ответил, что печатается только за гонорар в 100 долл. за машинописную страничку. Писатель Дмитрий Стахов, напротив, очень симпатизирует такой позиции. В 1995 г. он работал в «Огоньке» и придумал «завести западную практику» — заказывать известным писателям рассказы на интересующую журнал тему. «И выяснилась такая вещь, — вспоминает Стахов, — несмотря на то что в России писателей немало, по-прикладному, профессионально к своему ремеслу могут подойти только единицы. Подавляющее большинство, к кому я обращался, отвечали, что я, мол, пишу для вечности, а вы тут такое предлагаете... На предложение сразу откликнулись только три писателя: Андрей Битов, Сергей Белошников и Виктор Пелевин. «Огонек» предлагал за рассказ 300 долларов. Пелевина это устроило, и он написал на заранее оговоренную тему — война в Чечне — рассказ «Папахи на башнях».

В прошлом году Борис Березовский хотел передать 49% принадлежавших ему акций канала ОРТ ЗАО «Телетраст», в котором участвовали бы популярные журналисты и политики. В это ЗАО он приглашал и Виктора Пелевина. Узнав об этом, Пелевин позвонил одному из предполагавшихся участников «Телетраста», тогдашнему главному редактору журнала «Итоги» Сергею Пархоменко, и спросил, сколько за это будут платить. А когда выяснилось, что это почетная общественная работа, от участия в мероприятии отказался.

Сегодня книги Виктора Пелевина регулярно переводятся и издаются во многих странах мира. У него подписан эксклюзивный договор с крупнейшим издательством англоязычного мира Viking. В конце прошлого года он сказал журналисту «Нью-Йорк Таймс мэгэзин», что литературным трудом зарабатывает в год 50 тысяч долларов.

В России все права на издание Пелевина последние пять лет принадлежат издательству «Вагриус». По словам профессора кафедры книговедения Московской полиграфической академии Сергея Омелянчука, суммарный тираж вагриусовских книг Пелевина уже превысил полмиллиона экземпляров. Лучшие авторы крупных издательств суммарно получают от первого издания и переизданий своих книг гонорар по полдоллара за экземпляр. И если издательство Пелевина не обманывает, в интервью «Нью-Йорк Таймс мэгэзин» он фактически назвал свои доходы от книг, изданных только в России.

В феврале этого года Виктор Пелевин получил к этому «прибавку» в 20 тысяч немецких марок в виде премии имени немецкого писателя-сатирика Рихарда Шенфельда.

 

Ольга Костюкова: Мечта писателя: российские тиражи и западные гонорары

Может ли писатель в России жить литературным трудом? В принципе может, но вряд ли это будет очень уж красивая жизнь.

Авторское вознаграждение зависит от многих вещей, но прежде всего от издательской цены и тиража книги. Обычно автору платят около 10% (от 5 до 12%) издательской цены книги, умноженной на проданный тираж. Чаще всего некоторая сумма выдается авансом. Но иногда не происходит и этого, и автор получает лишь авторские отчисления — royalties по результатам продаж. Следует отметить, что издательская цена намного ниже той, что мы видим на ценниках в книжных магазинах и тем более на лотках. Если на Западе торговля обычно довольствуется 20%, то в России нередки случаи, когда на пути от издательства до прилавка книга дорожает вдвое и даже втрое. Не существует опять же единых издательских цен. Но в среднем покет-бук (дешевое издание карманного формата — прим. «ДХ») оценивается в 10–15 руб., книга в твердом переплете — в 25–35.

Исходя из этого, получаем, что изданный десятитысячным тиражом покет-бук в мягкой обложке принесет автору примерно 500 долл., в переплете — тысячу. Заметим, что десятитысячный тираж — это сегодня предел мечтаний начинающего, или нераскрученного, автора, причем автора детектива. Другая литература, современная проза например, имеет еще меньшие тиражи, которые неуклонно падают. Сегодня средний тираж книги — 8 тыс. экз., в то время как в советские времена он зашкаливал за 30 тыс. Тиражи неуклонно падают, и книга вполне может быть издана 7-, 5- и даже 3-тысячным тиражом.

В принципе такая сумма кажется вполне приемлемой, если автор пишет по книжке в один-два месяца, но такой плодовитостью отличаются лишь несколько писателей, которых можно пересчитать по пальцам одной руки.

Гонорары от иностранных издательств не в пример выше. Хотя и западный издатель обычно работает в пределах упомянутых 10%, но издательская цена, равно как и розничная, там иногда в 10 и более раз превышает соответствующие суммы в России. С другой стороны, о наших тиражах западные издательства могут только мечтать: 10-тысячный тираж — это по западным меркам очень много, цифра в 1–2 тыс. экз. выглядит не в пример ближе к истине.

Впрочем, и у нас, и за рубежом есть бестселлеры, расходящиеся тиражами в сотни тысяч и даже до миллиона экземпляров. Естественно, и авторские гонорары в таких случаях оговариваются особо. Как правило, об их размерах может судить только налоговая инспекция, по крайней мере у нас, где писатель часто подписывает договор о неразглашении размеров полученного вознаграждения.

 


Дата добавления: 2014-12-18; просмотров: 13 | Нарушение авторских прав

<== предыдущая лекция | следующая лекция ==>
GUCCI FOR MEN. БУДЬ ЕВРОПЕЙЦЕМ. ПАХНИ ЛУЧШЕ».| Эксклюзивные рассказы о культовом писателе современности.

lektsii.net - Лекции.Нет - 2014-2018 год. (0.011 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав