Студопедия  
Главная страница | Контакты | Случайная страница

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Теория постиндустриального развития Д.Белла

Читайте также:
  1. A) это основные или ведущие начала процесса формирования развития и функционирования права
  2. D)& ғылыми теорияға
  3. I и II этапы развития законодательного регулирования рынка рекламы
  4. I этап развития речи – подготовительный (с момента рождения до одного года).
  5. I. Закон Костромской области о прогнозировании, программе социально-экономического развития Костромской области и областных целевых программах
  6. I. Назовите общие закономерности возникновения и развития философии Востока и Запада. Дайте их краткую характеристику.
  7. I.) История возникновения и развития компьютерных вирусов.
  8. II. ОСОБЕННОСТИ РАЗВИТИЯ ПСИХИЧЕСКИ ПРОЦЕССОВ
  9. II.1 Выявление показателей уровня развития мышления у детей старшего дошкольного возраста
  10. II.3 «Выявление показателей уровня развития мышления детей старшего дошкольного возраста в процессе апробации программы развивающих игр.

Не менее известный ученый-футуролог нашего времени Дэниэл Белл (р. 1919) в своей концепции исходит из того, что "новое ин­дустриальное общество", о котором писал Д.Гэлбрейт, находится в глубоком кризисе, но вскоре будет преобразовано в какое-то иное. По Беллу, это будет постиндустриальное новое общество, обще­ство взаимных услуг. Сегодня все меньше и меньше людей заняты в производстве вещей, и все больше — в производстве услуг, в сфере культуры, науки, в индустрии развлечений, наконец, в сфере го­сударственных услуг. Уже в 80-е годы в наиболее развитых странах количество людей, занятых в сфере услуг, превысило две трети от общей численности работающих. Даже социальные группы сегодня образуются не по отношению к собственности, а по профессиям.

Один из основных моментов в концепциях футурологов — пред­ставление об информационном обществе. В наше время информация становится не только товаром, но и орудием господства. Д.Белл утверждает, что информация — специфический товар, на который не распространяются привычные методы ценообразования. К тому же этот продукт не может потребляться отдельным человеком, его потребитель—общество.

Основная работа Д.Белла — "Встречая 2000 год" ("Towads the Year 2000", 1968) — переведена на русский язык и пользуется боль­шой популярностью. Не менее известна и его книга "Грядущее по­стиндустриальное общество" ("The Coming of Post-Industrial Society: A Venture of Social Forecasting", 1973), в которой автор утверждает, что развитие информационного общества и производства ведет к перевороту как в технике и технологии производства, так и в ха­рактере социальных отношений. Социальные отношения, создава­емые новыми сетями информации (от обмена информацией между исследователями с помощью компьютеров до широкой социаль­ной однородности, образуемой с помощью национального телеви­дения), не являются больше трудовыми отношениями индустри­ального общества. Налицо возникновение совсем иного типа соци­альной структуры по сравнению с уже известными.

Д. Белл наделяет информационное общество чертами, охваты­вающими преимущественно новые явления в развитии современ­ных производительных сил. Здесь и централизация теоретического знания, которое становится основой для изменений в производ­стве, и создание интеллектуальной технологии, позволяющей най­ти наиболее рациональные пути решения инженерных, экономи­ческих и социальных проблем, и переход от производства товаров к производству услуг. Важным признаком постиндустриализма Белл объявляет изменение характера труда, состоящее в том, что приро­да исключается из рамок трудовой и обыденной жизни, так как в постиндустриальном обществе работа становится, прежде всего, иг­рой человека с человеком. Однако главное в позиции Белла по проблеме характера труда в будущем обществе — это то, что, при­знавая исторический характер конкретного труда, он стремится снять вопрос об изменениях социально-экономической сущности труда в процессе современного общественно-исторического развития.

Среди других черт информационного общества Белл отмечает рас­ширение возможностей для применения женского труда, приобре­тение наукой прикладного характера, возникновение ее тесных свя­зей с промышленным (в том числе военным) производством и со­циальным регулированием.

Существенную роль отводит Белл такому признаку нового об­щества, как смена борьбы общественных классов борьбой "ситосов" (от лат. situ — местоположение), т.е. неких "вертикальных подразде­лений, включающих четыре функциональных "ситоса" (научный, технологический, административный и культурный) и пять инсти­туциональных (экономические предприятия, правительственные конторы, университеты и исследовательские центры, социальные комплексы и военная сфера). По Беллу, классы "растворяются", исчезают противоречия между ними, но формируются разного рода локально-профессиональные группы, борьба между которыми и определяет социальную обстановку в данном обществе. При этом образование новых общественных классов станет, как считает Белл, невозможным. Информационное общество мыслится Беллом как бесклассовое. Лучшие позиции в нем занимают лица, имеющие знания и квалификацию.

Аргументируя свои взгляды, Белл обращается к особенностям продукции информационного производства — информации. Он ука­зывает, что информация и знания физически не потребляются и не изнашиваются. Другую особенность информации и знаний он ви­дит в том, что это "коллективный товар", так как он становится достоянием всех, но даже если он и продается, то остается с про­изводителем. Белл пытается определить также особенности стоимости и цены продукции информационного производства. "Знание, — пи­шет он, — это социальный продукт, и вопрос о его стоимости, цене или ценности в значительной степени решается по-иному, чем в индустриальном обществе". Белл заявляет об отсутствии рыночного механизма образования цен на продукцию информаци­онного производства, противопоставляя "экономику информации" "экономике товаров". Фактически он стремится провести мысль о том, что "новое общество" в результате "информационной рево­люции" претерпит кардинальные изменения в информационном производстве, в направлении перехода к нетоварному, "коллективи­стскому" производству знаний на базе университетов и научно-ис­следовательских центров, становящемуся основным видом произ­водства.

Загрузка...

Многие западные футурологи видят резервы гуманизации тех­ники в развертывании самого технического прогресса. Они убежде­ны в том, что очередная волна культурных нововведений устранит внутренние противоречия этого процесса и обеспечит гармонию с миром человека. Идея технических мутаций, оказывающих много­мерное воздействие на социальный процесс, давно уже получила признание в западной социологии и философии. Наиболее после­довательно ее развивают Д.Белл, Дж.Грант, Дж.Мартин.

Усложненный вариант философии техники, возникший на базе исследования социальных последствий развития и применения элек­троники, мы находим у Белла. Ученый убежден, что техника разви­вается "рывками", при этом можно выделить целые эпохи в ее автономном самодвижении, в рамках которых происходят много­образные социальные перемены. Однако, чтобы избежать упреков в приверженности технологическому детерминизму, Белл создает концепцию многоаспектности социального организма. Он заявляет, что, в противоположность ученым, воспитанным на Гегеле и Вебере и представляющим себе общество в виде органического единства со­циальной жизни и культуры, сам он придерживается концепции самостоятельного развития материальной и духовной сфер соци­альной жизни по особым для каждой законам. По мнению Белла, эти две сферы противостоят друг другу. Каждая из них имеет соб­ственную установку, поэтому их направленность различна. Вот по­чему Белл считает, что информационному обществу может угро­жать еще более глубокий разрыв между культурной и социальной жизнью.

Для обоснования своей позиции Белл вводит особую социоло­гическую категорию — осевой принцип. С помощью этого принципа он стремится доказать, что общественные институты, отношения и духовные процессы не обусловлены каким-то одним фактором, ибо они располагаются по разным осям. Все зависит от того, какой осевой принцип избрать. Как утверждает Белл в своей концепции информационного общества, он использует достижения передовой социально-философской мысли, в том числе и марксистской. Он заявляет, например, что согласен в принципе с марксистским де­лением развития общества на определенные формации, каждая из которых характеризуется своим типом собственности, своей фор­мой производственных отношений. Но является ли такое деление единственным? Белл полагает, что оно носит формальный, услов­ный характер. Если взять другой осевой принцип, утверждает он, то картина существенно изменится. Движение по другой оси пред­ставит три совершенно иные формации: доиндустриальную, инду­стриальную и постиндустриальную, существующие независимо от первой оси, где главное измерение — социальные отношения.

Понятия "феодализм", "капитализм" и "социализм", по мне­нию Белла, представляют собой последовательный ряд схем в мар­ксистской системе, построенной вдоль оси, за которую приняты отношения собственности. Понятия доиндустриального и постиндустриального общества представляют собой ряды вдоль оси, за которую приняты производство и виды используемого знания.

Белл доказывал, в частности, что в США сложилась тенденция, которая состоит в углубляющемся расхождении между культурой, всей духовной жизнью, с одной стороны, и социальной и полити­ческой структурами американского общества — с другой. Этот про­цесс разрыва Белл рассматривает как фатальный, он даже склонен определить всю современную западную культуру как антиинститу­циональную, т.е. противостоящую тем принципам, которыми ру­ководствуется капиталистическая экономика.

Смысл рассуждений Белла состоит в том, что духовные процес­сы в современном капиталистическом мире, хотя и вырастают на базе технологических отношений, все же в реальности не всегда им соответствуют. В результате, заявляет Белл, сегодня сложилось со­циальное напряжение между интеллигенцией, ее авангардистски настроенными отрядами и носителями экономико-производствен­ного и государственно-политического принципов. По существу, Белл фиксирует углубление кризиса экономики и культуры в условиях современного капитализма, поскольку проблемы социальной за­щищенности, роста образования и духовной культуры находятся в оппозиции к устоям капитализма. Он ставит проблему "интеллек­туальной мобилизации", т.е. фактически ведет речь о приведении в соответствие с политической и социально-экономической струк­турами капитализма тех духовных процессов, которые сегодня в силу субъективных, как он считает, причин имеют иную направ­ленность.

Сейчас, когда на Западе растет поток социально-экономичес­кой литературы по проблемам информационного общества, Белл настаивает на собственном приоритете в разработке этих проблем. В статье "Социологические путешествия" ("Sociological Journeys", 1980) он обстоятельно доказывает, что признаки постиндустри­ального общества, о которых он писал в 1970-е годы, как раз и обна­руживаются сегодня. Ведь революция в организации и обработке информации, в которой центральную роль играет компьютер, име­ет уже знакомые параметры. Наблюдается переход от общества, производящего товары, к обществу услуг, происходит кодифика­ция теоретического знания как центрального источника нововве­дений в технологии, появляется новая интеллектуальная техноло­гия. Эти выводы, представленные в работе Белла "Культурные про­тиворечия капитализма", автор иллюстрирует статистикой. В 1960-е годы в США в сфере услуг было занято 65% рабочей силы, в про­мышленном строительстве — около 30, в сельском хозяйстве — менее 5%. В начале же 1970-х годов рост занятости осуществлялся ис­ключительно в области "постиндустриальных услуг".

По мнению Белла, отдельные стадии исторического процесса могут чередоваться, но это не подчинено строго организующей логике. "Осевые признаки" меняются, компьютер способен преоб­разовать всю инфраструктуру общества, т.е. комплекс отраслей об­щественной жизни. При этом можно выделить устойчивые, дли­тельно действующие факторы. Однако многие стороны социально­го организма развиваются по собственному осевому принципу. Что касается компьютера, то он может рассматриваться как "символ и материальное воплощение развертывающейся технической револю­ции". Подобно тому, как электричество преобразовало всю обще­ственную жизнь второй половины прошлого века, так и компьютер выступает в роли доминанты культурных нововведений.

Социально-экономическое мышление Белла выглядит довольно узким. Он, в частности, полагает, что именно электричество мно­гократно расширило совокупность социально-экономических свя­зей, создав особый тип общественного производства, определяе­мый им как "массовый". Можно сделать вывод, будто Белл счита­ет, что именно книгопечатный станок, электростанция или ком­пьютер определяют всю совокупность производственных отноше­ний. Но Белл вовсе не отступает от собственной методологии. Фе­тишизируя компьютер, он все же еще раз подчеркивает, что чело­вечество не располагает сколько-нибудь убедительной теорией о том, как общество связывается изнутри. Ни экономикой, ни обще­ством нельзя управлять, считает Белл, ибо эти системы носят от­крытый характер, "осевые признаки" преображаются несогласо­ванно, что лишает общество необходимых черт живого организма.

На повестку дня ставится проблема создания своеобразной ин­фраструктуры для развития коммуникационных сетей, информа­ционных технологий, которые свяжут общество воедино. Первая инфраструктура общества — транспорт для перевозки людей и то­варов. Второй инфраструктурой исторически явились средства дос­тавки энергии — нефте- и газопроводы, линии электропередач. Третьей инфраструктурой стали телекоммуникации, прежде всего телекомпьютеры, радио и телевидение. Белл подчеркивает, что сей­час в связи с резким увеличением числа компьютеров и информа­ционных терминалов и быстрым снижением стоимости компью­терных операций и информационного накопления вопрос о соеди­нении воедино различных средств и путей передачи информации в обществе становится первостепенным.

Западные философы отмечают также, что в ближайшее время произойдет решительное изменение характера труда. В доиндустриальном обществе, по мнению Белла, жизнь была игрой между че­ловеком и природой, игрой, в которой люди взаимодействовали с естественной средой — землей, водами, лесами, работая малыми группами. В индустриальном обществе работа — это игра между че­ловеком и искусственной средой, где люди заслонены машинами, производящими товары. В информационном обществе работа, как уже говорилось, становится прежде всего игрой человека с челове­ком (между чиновником и посетителем, врачом и пациентом, учи­телем и учеником). Таким образом, природа устраняется из рамок трудовой и обыденной жизни. Люди учатся жить друг с другом. В истории общества это, по мнению Белла, новое и не имеющее параллелей положение вещей.

 

Тоффлер о волнах развития.Важнейший труд американского футуролога Эльвина Тоффлера - "Третья волна" - написан в начале 80-х гг. ХХ в., но его основные идеи не устарели и в начале XXI в. "Третья волна" - произведение широкомасштабного синтеза. Книга описывает старую цивилизацию и дает точную и всеобъемлющую картину новой, рождающейся цивилизации.

Эта новая цивилизация столь глубоко революционна, что бросает вызов всем нашим старым исходным установкам. Старые способы мышления и идеологии уже не соответствуют больше практике. "Мир, который возникает с огромной скоростью из столкновения новых ценностей и технологий, новых геополитических отношений, новых стилей жизни и способов коммутации, - пишет Тоффлер, - требует совершенно новых идей и аналогий, классификаций и понятий".

По мнению Тоффлера, развитие науки и техники осуществляется рывками, по его терминологии, - волнами. Сначала была первая волна, которую он называет "сельскохозяйственной цивилизацией". От Китая и Индии до Мексики, от Греции и Рима возникали и приходили в упадок цивилизации, у которых, несмотря на внешние различия, были фундаментальные общие черты. Везде земля была основой экономики, жизни, культуры, семейной организации. Везде господствовало простое разделение труда и существовало несколько четко определенных каст и классов: знать, духовенство, воины, рабы или крепостные. Везде власть была жестко авторитарной. Везде социальное происхождение человека определяло его место в жизни. Везде экономика была децентрализованной, каждая община производила большую часть необходимого.

Триста лет назад произошел взрыв, ударные волны от которого обошли всю землю, разрушая древние общества и порождая совершенно новую цивилизацию. Таким взрывом была промышленная революция. Эта вторая волнапришла в соприкосновение с институтами прошлого и изменила образ жизни миллионов.

К середине ХХ в. силы первой волны угасли, на земле воцарилась "индустриальная цивилизация". Создались сталелитейные и автомобильные заводы, текстильные фабрики, предприятия по переработке продуктов питания, железные дороги. Все общества второй волны начали извлекать нужную им энергию из угля, газа и нефти. Впервые цивилизация стала разрушать основной капитал природы. "Это погружение в энергетические запасы земли, - говорит Тоффлер, - послужило скрытой дотацией для роста индустриальной цивилизации". Заводы стали символами целой индустриальной основы. Скачок к новой энергетической системе происходил параллельно гигантским достижениям в технологии. Стали использоваться громадные электромеханические машины, родилась технология "чрево", т.е. создание машин машинами. Возникли крупные промышленные города, из которых поступало бесконечное количество продукции. Установилась система массового производства.

Вторая волна, изменив техносферу, революционизировала и социосферу: изменилась форма семьи, возникла специальная подготовка людей к машинному труду, появились гигантские корпорации, усилилась роль профсоюзов, государства, политических партий, развилась связь, массовая циркуляция газет, журналов, книг и т.д.

Индустриализм разрушил единство производства и потребления, отделил производителя от потребителя. Для их взаимодействия стал необходим обмен, рынок. Люди были буквально всосаны в денежную систему. Коммерческие ценности стали главными; экономический рост, определяемый размерами рынка, стал первоочередной целью всех правительств. Взрывоподобная экспансия рынка внесла свой вклад в самый быстрый рост жизненного уровня, который когда-либо переживал мир.

Согласно Тоффлеру, у каждой цивилизации есть свой скрытый код - система правил, или принципов, проявляющихся во всех сферах ее деятельности подобно некоему единому плану. Эти принципы таковы: стандартизация, специализация, синхронизация, концентрация, максимизация, централизация.

Там, где пронеслась вторая волна, возник новый тип власти - власть распыленная и безликая, технократия, или интеграторы разделенного общества, собирающие его в единую систему. Они распределяют роли работы, решают, кто какое получит вознаграждение, составляют планы, контролируют их выполнение, устанавливают связи между производством, распределением, транспортом и средствами коммуникации.

Мощным интеграционным двигателем становится правительство. Технократы завладели "средствами интеграции", а отсюда получили бразды правления в сферах социальной, культурной, политической и экономической жизни. "Руководители общества второй волны - интеграторы", - говорит Тоффлер.

Всевластие второй волны было недолгим, ибо чуть ли не одновременно с ее победой на мир стала накатывать новая - третья по счету - волна, несущая с собой новые институты, отношения, ценности.

В 1973 г. Организация стран-экспортеров нефти (ОПЕК), прекратив поставки сырой нефти миру, отправила всю экономику второй волны в "вызывающий дрожь штопор". ОПЕК ускорила революцию, которая уже назревала в техносфере второй волны.

Тоффлер отмечает, что примерно с середины 1950-х гг. промышленное производство стало приобретать новые черты. Во множестве областей возросло разнообразие типов техники, образцов товаров, видов услуг. Все большее дробление получает специализация труда. Разнообразнее делаются организационные формы управления. Возрастает количество публикаций. По мнению Тоффлера, все это привело к чрезвычайному дроблению экономических показателей, что и обусловило появление информатики.

Разнообразие расшатывает традиционные структуры индустриального века, так как они строились на массовом выпуске стандартизированной, унифицированной, единообразной продукции. "Массовизация" подверглась критике, поскольку стало очевидным, что машины лишают людей индивидуальности, а технология вносит рутинность во все сферы общественной жизни. Тенденция к унификации породила контртенденцию. Появился запрос на новую технологию. "Информационный взрыв" третьей волны рассматривается как порождение отживших структур.

Тоффлер стремится обрисовать будущее общество как возврат к доиндустриальной цивилизации на новой технологической базе. Экономическим костяком вновь возникающего мира становятся, по Тоффлеру, электроника и ЭВМ, космическое пространство, использование глубин океана и биоиндустрия. Это и есть третья волна, которая завершает аграрную и промышленную революции.

Доминантой преобразований в обществе служат глубокие изменения в техносфере, к которой Тоффлер относит энергетическую базу, производство и распределение. Однако он связывает изменение в технике с экологическими социальными процессами. Тоффлер полагает, что компьютеры углубят понимание причинно-следственных связей нашей культуры в целом. Обработка информации поможет создать осмысленные "целостности" из бессвязных, роящихся вокруг нас явлений. Но компьютер только в том случае окажет воздействие на общественный организм, когда его применение будет продуманным, соотнесенным с характером общественных связей.

К концу ХХ в. человечество завершает переход к новому строю, и никто, и ничто не может остановить этот объективный процесс. Но что такое "новый строй"? Это не капитализм, не социализм. В нем взаимодействуют разные формы собственности, нормой становятся сотрудничество, договоренность. Это то, что Ш. Фурье называл строем "социального гарантизма", где сохраняет свое значение государственное регулирование, где развивается демократия.

Следуя логике Тоффлера, можно утверждать, что при феодализме господствовали собственники одного ресурса - земли, при капитализме - собственники уже всех средств производства. При социализме бюрократия стала коллективным собственником всей экономики. В постиндустриальном обществе, по Тоффлеру, продолжает господствовать бюрократия, но ее власть ограничена.

"Цивилизация третьей волны не сформировалась окончательно. Но как для бедных, так и для богатых она открывает новые возможности, может быть, несущие освобождение", - говорит Тоффлер. Он говорит, что третья волна исторических изменений представляет собой не прямое продолжение индустриального общества, а радикальную смену направления движения, зачастую полностью отвергая прошлое. "Происходит полная трансформация столь же революционного характера, как приход индустриальной цивилизации триста лет назад", - утверждает Тоффлер. Более того, происходящее сегодня - не просто технологическая революция, а приближение совершенно новой цивилизации в полном смысле слова.

 

Таким образом, теории постиндустриального, информационного общества занимают важное место в современной гуманитарной мысли. Они приковывают к себе внимание своей необычайной широтой и в отношении хронологии, обращаясь к истории человечества от далекого прошлого до далекого будущего, и в отношении поднимаемых проблем, обращаясь ко всем системам общества, ко всем сферам жизни. В исследовании глобальных проблем современности, в критике индустриализма, в акцентировании внимания на его преодолении, в поисках безопасности, гармоничности нового общества, в обращенности некоторых авторов к экологической проблематике есть много общего между постиндустриализмом и теорией устойчивого развития. Оптимизм постиндустриализма, основанный на вере в возможности техники и интеллектуальных технологий, может существенно поддержать теорию устойчивого развития. Модели нового общества, пропагандируемое постиндустриализмом и теорией устойчивого развития, имеют много общего. Основные характеристики нового общества требуют дальнейшего изучения, и параллельного, и совместного.

 


Дата добавления: 2015-04-26; просмотров: 9 | Нарушение авторских прав

1 | 2 | 3 | 4 | <== 5 ==> |


lektsii.net - Лекции.Нет - 2014-2019 год. (0.022 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав