Студопедия  
Главная страница | Контакты | Случайная страница

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Билет 4. Формирование новой модели экономической системы России

Читайте также:
  1. D) формирование сознания личности.
  2. EIS и DSS системы.
  3. I-IV Государственные Думы в России. Избирательные законы. Полномочия, правовой статус депутатов
  4. I. Судебно-следственная практика формирования системы доказательств по уголовному делу (постановка проблемы).
  5. II Формирование бизнес-организации
  6. II. Национальные интересы России
  7. II. Формирование новых понятий и способов действий.
  8. SADT- модели: назначение и синтаксис.
  9. V этап. Синтез компьютерной модели объекта.
  10. V2: Патофизиология иммунной системы

Существуют множество факторов, влияющих на экономический рост страны, но ключевых всего два. Во-первых, накопление капитала - физического или человеческого в расчете на одного занятого или душу населения. Во-вторых, изменения технологического уровня экономики, выражаемые показателем общей факторной продуктивности (ОФП). Данные изменения отражают темпы технического прогресса и структурных сдвигов в экономике. Все прочие факторы (политика государства, предпочтения населения и институты рынка, определяющие инвестиционный климат в стране, уровень развития инфраструктурных секторов и т. д.), оказывают позитивное или негативное влияние на темпы экономического роста через эти два процесса.

Основываясь на том положении, что главными факторами роста являются накопление капитала и увеличение ОФП, можно оценить вклад инвестиций в производственный капитал в темпы роста российской экономики. Предположим, что в ближайшие 10 лет произойдет равномерное возмещение выбытия около 60% стоимости действующих основных производственных фондов. Тогда при росте валовых инвестиций на 7% в год их чистый прирост должен составить 2%. Это достаточно оптимистичный прогноз, превышающий значение прироста физического объема основных фондов (без учета износа) за 2001 г., составившего согласно данным Госкомстата всего лишь 1.7% ("Россия в цифрах 2002", с. 59). При факторной доле труда в ВВП примерно 50% увеличение основного капитала на 2% в год обеспечит 1% прироста ВВП на одного занятого.

Таким образом, учитывая реальную степень износа основных производственных фондов в России, составляющую по официальным данным более 40%, мы можем констатировать, что инвестиции в производственный капитал смогут дать лишь незначительный прирост ВВП. Отсюда следует, что основное значение в обеспечении устойчивого роста Российской экономики должно будет играть повышение ОФП.

Надежды многих сторонников либерализации внешней торговли и вхождения в России в ВТО связаны с моделью экспортно-ориентированного роста. Это обусловлено тем, что страны, открытые для мирового рынка демонстрируют относительно более высокие темпы долговременного роста. Наиболее яркий пример представляют собой экономики Юго-Восточной Азии (ЮВА), добившиеся несомненных успехов благодаря переориентации на внешние рынки. Может ли Россия, скопировав опыт этих стран, добиться ускорения темпов роста, в особенности в обрабатывающих отраслях? Подобные структурные сдвиги означали бы существенное изменение специализации нашей страны в системе международных интеграционных связей и ее приближение к передовым экономикам.

Проблема в том, что модель экспортно-ориентированного роста в варианте стран ЮВА вряд ли применима в России. С одной стороны, процесс импортозамещения после кризиса показал, что ряд отраслей вполне способен к международной конкуренции, хотя и с учетом соотношения цены и качества. Динамика некоторых сегментов внутреннего рынка породила определенный оптимизм и надежду на возможное продолжение роста за счет внешней экспансии. Однако эти надежды вряд ли оправданы, прежде всего, из-за масштабов российской экономики. Пока есть значительный потенциал собственных рынков, вряд ли имеет смысл вкладывать средства в продвижение продукции за рубеж, особенно в страны, где конкурентная борьба намного острее. Произошедшие кое-где сдвиги в уровне качества также были рассчитаны в основном на стандарты внутреннего рынка. Иностранные инвестиции, частично их породившие, также были рассчитаны на потенциал внутреннего рынка. Конечно, со временем возрастающая отдача от масштабов производства может дать России выигрыш в международной торговле, однако это возможно лишь в результате развития рынков внутри страны.

 

Все это убеждает в неприменимости для России стратегии развития, пытающейся копировать корейскую или китайскую модель. Во-первых, по многим политическим и экономическим причинам (нестабильность налоговых законов, непрозрачность условий бизнеса, не очень последовательный либерализм нынешних властей) наивно рассчитывать на привлекательность России для ТНК. Во-вторых, вряд ли отечественным политикам и "крепким" хозяйственникам пришлась бы по вкусу идея реорганизации национальной экономики под контролем мировых корпораций. В-третьих, масштабы нашей страны достаточно велики для развития внутреннего рынка, но недостаточны для создания системы регионального производства, аналогичной восточно-азиатской. По этой причине прямые иностранные инвестиции в Россию ориентируются на внутренний, а не внешний рынок. В-четвертых, торговая политика, нацеленная на экспортную экспансию, но основанная на ограничении импорта, замедлит технологический рост и принесет больше вреда, чем пользы. В-пятых, экспортно-ориентированный рост сырьевого сектора, в принципе не способного индуцировать долговременное развитие, запрограммирован не только существующей специализацией России, но и невнятной стратегией правительства. Например, реализация планов снабжения госрезервов США российской нефтью означает увеличение сырьевого экспорта через 5-7 лет в два-три раза и окончательное закрепление за нашей страной статуса мирового поставщика энергоносителей.

 

Ориентированный внутрь рост в нынешних условиях невозможен без значительных технологических сдвигов, что требует отказа от протекционистских заслонов. С учетом усиливающейся уязвимости российской экономики к ценовым воздействиям внешнего рынка государству следует больше внимания уделять использованию инструментов антициклического воздействия на спрос, сглаживающих колебания ВВП. При аномально высокой волатильности рынка нефти данные колебания могут достичь 2-3% ВВП. До кризиса 1998 г. экономика семь лет находилась в состоянии трансформационного спада, а затем три года росла под воздействием благоприятных внешних факторов. В дальнейшем же можно ожидать продолжения роста, но с явно выраженными колебаниями темпов, способными усиливаться благодаря взаимосвязям спроса и инвестиций. Поэтому в ближайшие годы может стать актуальным вопрос об активизации политики государственных расходов, поскольку инструменты монетарной политики пока еще мало предназначены для решения подобных задач.

 

Билет 5 Теория переходной экономики, ее содержание

Переходная экономика по своей природе есть особое состояние в эволюции экономики, когда она функционирует именно в период перехода общества от одной исторической ступени к другой.

 

Классификация переходных периодов:

По масштабу различаются локальная (страновая), региональная (охватывающая определенный регион) и глобальная (изменения во всем мировом хозяйстве или в рамках цивилизации) переходные экономики. Так, современная российская переходная экономика есть прежде всего страновый феномен.

По характеру переходных процессов можно выделить несколько их типов, условно: “естественно-эволюционный”, “реформаторско-эволюционный” и “смешанный”. Первый тип, характеризующий естественный ход общественной эволюции, присущ прежде всего глобальным процессам, хотя и локальные переходные экономики в основе своей имеют результаты, достигнутые в ходе объективной эволюции. Поэтому этот тип экономики является базовым. Смысл “реформаторско-эволюционного” типа связан с существенной ролью регулирования ее процессов в определенном направлении на основе сознательно разработанных программ реформирования общества. Конечно, и в этом случае определяющей основой остается объективный ход экономического развития, но особая роль реформаторских сил состоит в данном варианте в том, что они могут пытаться повернуть развитие общества в неоправданном, не отвечающем реальным потребностям, направлении. “Смешанный” тип как бы производен от двух других.

По содержанию переходные экономики дифференцируются в связи с содержательным различием начального (исходного) состояния перехода и его конечных рубежей. Использование многих критериев при выделении разных ступеней общества порождает соответствующее многообразие типологий. Так, можно говорить о различном содержании перехода от аграрного общества к индустриальному и от индустриального к постиндустриальному; от традиционной экономики к рыночной и от рыночной к пострыночной; от феодализма к капитализму и от капитализма к социализму (по этому критерию современные процессы в России трактуются как переход от социализма к капитализму) и т.п.

Классификация переходных экономик по их содержанию позволяет зафиксировать одно важное обстоятельство: нынешние переходные процессы в России и странах Восточной Европы уникальны. Речь идет о движении от обществ с централизованным управление, преодолевших, как казалось, господство рыночных отношений, к обществам, где доминирующим управляющим механизмом призваны стать именно рыночные отношения.

Закономерности процесса функционирования и развития переходной экономики в целом: еенеустойчивость, альтернативный характер развития, резко возрастающая роль субъективного фактора.

Неустойчивый в принципе характер переходной экономики означает, что в экономических реформах не должно быть крайних мер. Особая сложность экономической политики в этих условиях (кроме того, что отсутствуют исторические прецеденты) состоит в том, что приходится находить меру допущения интенсивности протекания противоположных процессов (ведущих к стабилизации либо дестабилизации, к сбалансированности или дисбалансу, к определяющей роли государственного регулирования или полнокровному действию рыночного механизма и т.п.).

Альтернативный характер развития переходной экономики обусловлен тем, что сам переходный процесс начинается в связи со сломом (“взрывом”) прежней системы и что в этом состоянии резко возрастает неопределенность путей выхода из него, вариантов формирования новой системы.

Возрастающая роль субъективного фактора вытекает из отмеченной недостаточной определенности вектора развития в условиях переходной экономики, в силу чего значимость правильного выбора альтернативы и умения этот выбор реализовать трудно переоценить.

 

 

Модели переходной экономики:

1. Модель “рыночного социализма” (например, Россия, Китай). Она возникла как исторически первый вариант реформирования “социалистического” строя. Отличительные черты этой модели: доминирование инерционности, постепенности изменений над “революционными” методами; в области аллокации ресурсов ведущую роль продолжает играть централизованный бюрократический контроль государства, доминирующий как над рыночным саморегулированием, так и над локальным монополистическим контролем и регулированием, собственность остается преимущественно под государственно-корпоративным контролем при поддержке прежде всего мелкой частной собственности; социальные ориентиры сводятся к умеренному консьюмеризму и патерналистической модели социальной защиты и т.п.

2. “Государственно- корпоративная” модель буржуазной трансформации характеризуется во многом сходными чертами. При этом, однако, происходит качественно более радикальное перераспределение экономической власти, контроля и собственности от центральных государственных структур к отдельным получастным корпорациям. Для этой модели характерны абсолютное доминирование локального монополистического контроля и регулирования в области аллокации ресурсов, корпоративно-капиталистической собственности и предельной степени развития корпоративной конкуренции ( столкновения кланов, элит и т.п. ). При слабости институциональной системы и центральной власти эта модель неизбежно будет двигаться по пути инфляции и стагнации.

3. Модель “бархатной революции” (например, Чехия) отличается тем, что в странах с доминированием этого сценария качественные и революционные по содержанию изменения осуществлялись и осуществляются путем постепенных трансформационных сдвигов. При относительной стабильности институционально-зполитической системы эта модель характеризуется неглубокой ( по сравнению с Россией, например, но катастрофической по сравнению с “обычными” кризисами в Западной Европе ) стагфляцией; при неблагоприятных не экономических факторах она может приводить к такому же обвалу, как и более жесткие модели.

4. Модель ”шоковой терапии” - наиболее “жесткий” вариант трансформации. Ее типичными чертами являются : стремление к одномоментому и административному разрушению прежней системы бюрократического централизованного планирования и “внедрению” рынка; ускоренная радикальная передача государственной собственности в руки частных лиц, обладающих достаточными капиталами и или административной власти; ориентация на достижение “точки невозврата” как самоцели, за реализацию которой общество неизбежно должно заплатить высокую экономическую и социальную цену.

 


Дата добавления: 2015-01-30; просмотров: 25 | Нарушение авторских прав

1 | 2 | <== 3 ==> |


lektsii.net - Лекции.Нет - 2014-2021 год. (0.01 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав