Студопедия  
Главная страница | Контакты | Случайная страница

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Глава 12 Под треск мотоциклов

Читайте также:
  1. Ветров сжал мои бедра, и я застонал, изгибаясь до потрескивания в позвоночнике. Затем Денис раздвинул мои колени шире, и я постарался расслабиться, хотя это было непросто.
  2. За шумным застольем гости не сразу заметили в темной глубине сада пришлую компанию. И только когда раздался громкий треск ломаемого забора, веселье затихло.

 

Знакомясь со следственными материалами, которые при встрече показал ему Казовский, Андрей поступил по отношению к Михаилу Григорьевичу некрасиво. Следователь, в общем, нарушал должностную инструкцию — показал ему документы неофициально, значит, использовать их в работе, делать выписки из них постороннему человеку нельзя. Это Андрей прекрасно понимал, никаких записей делать не стал. Однако свою цепкую память бывшего разведчика использовал на всю катушку — запомнил домашние адреса всех трех свидетелей ДТП — тех мотоциклистов, давших гаишникам показания на месте происшествия. Андрею хотелось самому поговорить с этими свидетелями.

Сначала Корешков съездил на Воробьевы горы, где постоянно тусовались байкеры. Поехал в пятницу, поздно вечером. Он устроил небольшой маскарад — надел кожаную байкерскую куртку, перчатки, бандану, даже на всякий случай нацепил парик, а то уж очень у него короткие волосы, такая аккуратная стрижка сразу выдает чужака. Надел парик и в этот момент пожалел женщин: как они только его носят, ведь в нем ужасно жарко.

В таком виде Андрей повертелся среди байкеров, делая вид, что мотоцикл оставил в сторонке, а сюда подошел хлебнуть пивка. Задавал кое-какие малозначительные вопросы, подолгу ни с кем не разговаривал, спросит и отойдет, прилепится к другой группе.

Постепенно из разрозненных ответов сложилась общая мозаичная картина. Гризли — один из самых известных байкеров, он является настоящим лидером. Не общегородским, нет. У него есть своя компания, точнее, банда. Вокруг него увиваются самые что ни на есть отморозки — шпана, которая балуется наркотиками, не брезгует и прочими грязными делами, в том числе и уголовными. Злоупотреблять не злоупотребляют, но при случае, когда им платят хорошие деньги, могут так отметелить человека, что мало не покажется. Правда, убийствами не занимаются, огнестрельного оружия не держат. Ножи для проформы носят, однако пользуются ими редко.

Среди прочего Корешков узнал про традиционное летнее место отдыха Гризли — это был ничем не примечательный пивной бар, находящийся внизу, на берегу Москвы-реки, возле метромоста. Он расположен в неотапливаемой постройке, поэтому зимой не функционировал.

Андрей спустился туда.

Пивбар состоял из двух частей — крытого помещения и веранды. Везде сидело много народу, преимущественно байкеры и их подруги. Гризли здесь прекрасно знали. Сейчас в баре его не было. «Еще не появился», — бросил на ходу бойкий мальчишка-официант, отвечая на его вопрос. «Будет сегодня?» — «А черт его знает!» — «Но ведь он часто заходит?» — «Часто. Ну и что с того? Не значит же, что каждый день. Он же не прибит здесь гвоздиками».

Выйдя из бара, Андрей остановился в некотором отдалении. Решил подождать злодея, вдруг тот объявится. Закурил, простоял приблизительно полчаса и собрался было уходить, когда на асфальтовой дорожке появилась компания из трех медленно едущих мотоциклистов. Один из них в центре чуть впереди остальных. По всему было видно, он здесь главный. Похоже, это и есть Гризли.

Догадка Корешкова оказалась верной, что чуть позже подтвердил один из находившихся на веранде байкеров — увидев лидера, он громко приветствовал его, обратившись по имени. Гризли направился к его столику, обосновался там и сразу оказался в центре внимания. Поскольку вечер очень теплый, он был в кожаной жилетке со шнуровками, надетой прямо на голое тело. На шее висели цепи с амулетами, на руках и торсе красовались устрашающие красно-синие татуировки. Поверх банданы на голове Гризли был надвинут черный цилиндр, вроде того, какой обычно изображался советскими карикатуристами в качестве неизменного демонического атрибута дяди Сэма.

Корешков понял, что с Гризли разговаривать бесполезно. Сказать ничего не скажет, вдобавок можно спугнуть остальных. Для начала следует побеседовать с его двумя спутниками, которые сопровождали кумира в аварийную ночь. Постоянных оруженосцев у Гризли, как удалось выяснить, нет и не было. Скорей всего, свита его составилась случайно, приблизил тех, кто подвернулся под руку. Может, это они приехали сейчас с ним, может, другие. Это несущественно, все равно придется отправиться по адресам. Их два: один байкер живет на Тишинской площади, второй — где-то у черта на рогах, в Новогирееве. Разумеется, сначала нужно ехать поближе. В случае удачи не придется тащиться за тридевять земель.

В субботу после обеда, которым его потчевали бабушки, Андрей поехал на Тишинку. Поговорив с жильцами, он без особого труда выяснил, что тамошнего байкера звали Филипп Синюков. Он жил в квартире один. Его мать несколько лет назад каким-то хитрым образом уехала в Англию, там нелегально работала, выдавая себя за португалку. Потом она удачно вышла замуж и, похоже, осталась на туманном Альбионе навсегда. В России уже года три не появлялась.

Особых претензий к Филиппу у соседей не было. Вечерами и ночами где-то болтается со своим мотоциклом, днем отсыпается. Нигде не работает, поскольку мать в Лондоне хорошо зарабатывает и щедро отстегивает ему. Крутой «Харлей-Дэвидсон» и навороченная одежда — это все куплено на ее доходы. Часто ли ходят ли к нему знакомые? Не очень. Раньше у него была баба, она здесь и жила. Но теперь расстались. Иногда заходят какие-то парни, но шума — музыки или пьянки — не слышно.

Корешков не скрывал, что расследует уголовное дело, в котором косвенно может быть замешан и Синюков. Соседи сказали ему номер домашнего телефона Филиппа. Андрей позвонил ему по мобильнику, стоя на лестничной клетке возле синюковской квартиры. С первых слов почувствовал, что собеседник говорит спросонья, поэтому плохо соображает. Бывшему разведчику не составило большого труда уговорить его впустить в квартиру.

Филиппу оказалось двадцать пять лет, выглядел и того моложе. С правоохранительными органами раньше практически не сталкивался. Поэтому он робел в разговоре со следователем, именно так представился Корешков, торопливо отвечал на все вопросы. Рассказал, что Гризли пригласил его и Макса на покатушки. Мол, нужно завести одну азартную девку.

— Мы и согласились. Думали, может, ее нужно припугнуть. Или наоборот — обольстить. Может, Гризли так ухаживает.

— А разве у него нет дамы сердца?

— В принципе, есть. Людка. Но мало ли что…

— Получается, вы думали, что Надежду нужно припугнуть или обольстить. Других вариантов не предполагали?

— Еще думали, может, нужно доломать ее машину. Разговор с глуповатым молодым человеком изрядно утомил Корешкова.

— Вы раньше были знакомы с погибшей? — спросил он.

— Сроду ее не видели.

— И даже когда вы уже мчались по шоссе бок о бок с ней, не поняли, что дело дойдет до беды?

— Да кто же знал, что она разобьется?! — искренне удивился Филипп. — Думали, слегка полихачим, потом разъедемся. А оно вон как вышло.

Корешков понял, что ко второму свидетелю, Максиму, можно не обращаться, ничего нового не узнаешь. Сказать правду может только сам Гризли. Андрея же в первую очередь интересовало, кто «заказал» лидеру байкеров Надежду? Однако Гризли наверняка не столь примитивен, как Филипп, с ним душещипательную беседу не проведешь. Тут нужно действовать по-другому.

— Филипп, кроме Воробьевых гор, компания Гризли где-нибудь тусуется?

— По понедельникам — на Полярной улице.

— Почему именно там?

— Это рядом с домом Гризли.

— А что за место?

— Какой-то недостроенный заводик с дырявым забором.

Андрей с младых ногтей был моторизованным человеком. Мечтать же о своем транспортном средстве он начал, еще будучи школьником. Внешних причин для появления такой страсти не имелось и в помине. Никто из родственников или знакомых не имел собственной машины, шоферов в роду не было. Тем не менее примерно с пятого класса его не покидала мечта о машине, о работе таксиста, дальнобойщика, короче говоря, о профессии, связанной с рулем. Но приобретение машины дело далекое, для начала, едва закончив школу, он завел себе мотороллер. Ему нравилось, что на нем не пачкаешься, можно ездить в костюме куда угодно: хоть в гости, хоть в театр. Позже он понял, что для езды по городу требуется скорость побольше, и купил лучший по тем временам мотоцикл «Ройял полис». На нем он поездил совсем мало. Вскоре пришлось отправиться на работу за границу, а вернувшись, уже был в состоянии купить машину. Мотоцикл же стоял целый и невредимый у соседа в гараже. Время от времени Корешков его протирал, смазывал, заводил, прогревал, короче говоря, двухколесный друг находился в боеспособном состоянии.

 

* * *

 

По вполне понятным причинам по воскресеньям в городе мало машин. Грузовики выходные, легковые еще в пятницу рванули за город, где останутся до понедельника. Поэтому московские байкеры оттягивались на полную катушку, а на следующий день устраивали отходняк где-нибудь в таком месте, куда недалеко добираться. Те, кто жил в северной части города, подтягивались на Полярную улицу. Их привлекала сюда забытая богом и людьми территория недостроенного завода. Вся она заросла сорняками, была завалена растрескавшимися железобетонными плитами, захламлена проржавевшими, отжившими свой век механизмами и строительным мусором. Над всем этим воплощением хозяйственного разгильдяйства громоздились остовы высоких фабричных корпусов, прогреваемые солнцем, продуваемые ветром и омываемые дождями. Поскольку у них не было стен, они напоминали гигантские этажерки.

С наступлением темноты байкеры и их подруги собрались возле железных бочек, в которых поддерживали огонь — бросали туда все, что попадалось под руку. Иногда это оказывалась какая-нибудь резиновая дрянь, которая нещадно дымила на всю округу.

Гризли пришел одним из первых, он терпеть не мог находиться дома. Как всегда в теплую погоду, его кожаная жилетка была надета на голое тело. Рядом с ним вертелась подружка — не первой молодости длинноногая худая блондинка с невероятно большим бюстом. Девушка была одета с вызывающим безвкусием: красная кофта и юбка с черно-зеленым рисунком.

Байкеры привычно потягивали из банок пиво и лениво переговаривались, обсуждая, кто сколько вчера наездил. Их вялые голоса заглушал «тяжелый металл», несущийся из динамиков магнитолы. Это только начало программы. Все знали, что постепенно тусовка раскочегарится, станет шумной, веселой, возможно, драчливой и потом будет что вспомнить.

Неожиданно плавное течение «семейного» вечера было нарушено появлением чужака. Первым его заметил сидевший на возвышении, некоем подобии трона, Гризли. Сквозь дрожание раскаленного воздуха над огнем он увидел мотоциклиста, приближающегося не со стороны улицы, а из глубины заводской территории. Из-за мощного света фары трудно было разглядеть его внешность.

Чужак остановился в десятке метров от байкерской тусни. Фара продолжала ярко светить на собравшихся, что им совсем не понравилось. По знаку Гризли несколько ребят подбежали к своим мотоциклам и включили фары, лучи которых направили на чужака. Свет пробил задымленное пространство и уперся в сидящего на «Ройял полисе» моложавого мужчину, одетого, как и подавляющее большинство байкеров, в черные кожаные штаны и куртку. Ее «молния» была расстегнута до середины, под ней виднелась серо-фиолетовая футболка с надписью крупными буквами «MGRKA». Картину дополняли фирменные черные перчатки и красно-черный шлем, из-под которого выбивались темные волосы. Чужак сидел в позе одновременно непринужденной и воинственной, какими бывают позы ковбоев в вестернах. Байкеры смотрели на него не говоря ни слова, все опешили от неожиданности.

Наглый вид незнакомца явно не понравился Гризли. Он смял в кулаке пустую пивную банку и швырнул ее в огонь, после чего прервал немую сцену, протянув:

— Это что за хрен с горы вывалился?

— Меня зовут Прыгун, — с расстановкой ответил тот.

— Ну и что ты здесь забыл?

— Мне нужно потолковать с парнем по имени Гризли.

— И только-то? Других делов нет? Ну, я Гризли. Что дальше?

— Я так и подумал, что это ты. Мне говорили, что Гризли не человек, а здоровый кусок дерьма. Теперь вижу, это так и есть.

Лидер байкеров делано усмехнулся:

— Больше тебе ничего не говорили, Прыгун?

— Говорили. Информации о тебе у меня больше чем достаточно. Чаще всего говорили, что ты бздиловатый конек и чуть что ходишь с полными штанами.

— Даже такое болтали? Интересно бы знать кто.

— Многие. Теперь хочу убедиться в этом сам.

— Как?

— Вызываю тебя на покатушки.

Байкеры засмеялись. Они почувствовали, что предстоит незаурядное зрелище, и оживились.

— Ну ты нахал! — с оттенком восхищения сказал Гризли и хлопнул себя ладонями по бокам, повторив: — Ну ты нахал! Первый раз вижу такого.

— Значит, в зеркало редко смотришь, — хладнокровно парировал наряженный байкером Корешков.

— Возможно, возможно. Я же, как видишь, не бреюсь каждое утро, — хихикнул Гризли и вдруг посерьезнел: — Покатушки покатушками, а что ставишь на кон, Прыгун?

— Свой байк.

— Машина незавидная.

— Да на таких королевская полиция ездит.

— Ездила когда-то. Ей сто лет в обед.

— Ничего страшного. Такая тоже на дороге не валяется, в хозяйстве пригодится.

— Моя рабоче-крестьянская даст твоей королевской десять очков вперед.

— Это мы еще посмотрим. Лучше скажи, что ты ставишь на кон?

Гризли не успел ответить, как его подружка завизжала:

— Меня! Победитель получит меня! Хорош приз?

Это заявление байкеры встретили протяжным одобрительным ревом. Один из парней вспорол ножом пятилитровую пластиковую канистру с бензином и бросил ее в бочку, где пламя почти погасло. Получив мощную подпитку, столб огня взметнулся на несколько метров вверх. Однако чужак стоял совершенно неподвижно, всем своим видом показывая, что ожидал другого ответа. Тогда подруга Гризли повторила:

— Слышишь, что ли, он ставит меня!

— Этого мало! — отрезал незнакомец.

— Ишь ты — мало ему! — воскликнул Гризли. — Ну ты, Прыгун, допрыгаешься! Что же ты еще хочешь?

— Проиграешь — говоришь мне, кто «заказал» Надежду Святковскую.

— Какую еще Святковскую? — искренне удивился Гризли. — Первый раз о такой слышу.

— «Ауди ТТ», которую вы зажали на Дмитровке, на девятнадцатом километре.

— Не смеши меня! — Лидер байкеров внимательно посмотрел на соперника. — Это твоя баба, что ли?

— Моя.

— Ну-ну. — Гризли обернулся к своим и подмигнул: — Вот не везет чуваку. Бабы лишился. А теперь останется и без старого друга, верного байка. Сплошной облом.

Соратники встретили эту изысканную остроту улюлюканьем и свистом. Между тем их лидер неторопливо снял шлем, который дал подержать подруге. Шлем мешал ему надеть через голову кожанку с длинными рукавами, но и без него ему было несподручно. Поэтому Гризли угодливо помогали два байкера, без устали сюсюкая, мол, ты уж сделай этого босяка, размажь его по стенке, чтобы знал наших.

Получив столь важную психологическую подпитку, Гризли подкатил к сопернику и, вылупив на него глаза, процедил:

— Я тебя порву!

— Это можешь сказать кому-нибудь другому. Меня интересует имя «заказчика». Сообщишь?

— Если случайно не порву, то да.

Прыгун усмехнулся и, достав из внутреннего кармана куртки мотоциклетные очки, надел их, тщательно поправив на затылке резинку.

Наэлектризованная толпа увидела, что подготовка соперников закончена, и истошно завопила, требуя от Гризли решительных действий.

Оба байка, сорвавшись с места, некоторое время покрутились на небольшой территории вокруг бочек с пламенем. То увеличивая скорость, то гася ее, они выделывали неимоверные виражи. Громко ревели двигатели, пылевые вихри смешивались со струями выхлопных газов. На крутых поворотах мотоциклисты чуть ли не касались плечом земли. Толпа с притворным ужасом разбегалась от них, девушки, повизгивая, карабкались на беспорядочно наброшенные плиты, чтобы было удобнее наблюдать за битвой.

Гризли пытался ударить мотоцикл Прыгуна, чтобы сбить его. Тот рискованным маневром уклонился, сделал рывок и направил свой байк к пандусу, который вел на второй этаж недостроенного здания. Гризли устремился за ним следом, и наверх они въехали почти одновременно. Тут развернулась основная борьба. Они мчались, лавируя между бетонных опор, из-под колес во все стороны летели мелкие камни, стекла и доски. Каждый старался загнать другого в невыгодное положение. Многократно усиленный эхом треск мотоциклов здесь был куда как громче, чем на земле.

Вскоре зрителям стало ясно, что на их глазах разворачивается борьба равных соперников. Каждый вел рискованную игру, каждый пытался заставить соперника в пылу азарта забыть о рассудке, а стало быть, и о чувстве самосохранения. Но все же один из них, чужак, добровольно взял на себя в этом спектакле роль жертвы, отдав другому роль охотника. Прыгун как въехал первым на второй этаж, так вскоре и вернулся на большой скорости по пандусу вниз. Гризли последовал за ним.

Теперь оба, словно угорелые, носились по всей обширной, бессистемно распланированной территории. Пользуясь своим знанием местности, Гризли всячески пытался перехитрить Прыгуна, который был здесь впервые. Лидер байкеров нырял в какие-то темные ходы, переезжал через дощатые настилы, норовил объехать Прыгуна, чтобы внезапно атаковать его сзади. Но все тщетно — всякий раз новичок непостижимым образом ускользал у него из-под носа. А болельщики дружно ахали и охали, словно зрители на захватывающем театральном спектакле.

В какой-то момент мотоцикл Прыгуна оказался в конце своеобразного коридора, образованного стеной недостроенного корпуса и ограждением заводской территории. Почувствовав, что попал в тупик, он притормозил и остановился, внимательно прислушиваясь к звуку мотоцикла Гризли, пытался определить по шуму, где тот находится, чтобы ненароком не выскочить под его удар. Однако бетонные стены с многочисленными выступами и отверстиями искажали звуки, и трудно было понять, с какой стороны находится мотоцикл. И вдруг он совершенно неожиданно появился в этом же коридоре, только в противоположном конце.

От этой встречи Гризли тоже растерялся и остановился. Какое-то мгновение дуэлянты смотрели один на другого. Каждый прикидывал, какую пользу он способен выжать для себя из этой ситуации. Затем оба всадника не сговариваясь ринулись навстречу друг другу.

Стремительно набирая скорость, они сближались, словно два истребителя, идущие в лобовую атаку. Это была беспощадная война нервов — кто не выдержит первым.

Гризли задиристо мчался на врага, не сомневаясь, что у того вот-вот сдадут нервы и он свернет с дороги. Чего же этот болван медлит — ведь между ними осталось всего ничего, считаные десятки метров. Ему уже было хорошо видно лицо Прыгуна.

Лицо-то, может, он и видел. Но в общих чертах. Если бы заметил подробности, то понял бы, что его соперник не отступит. Это было лицо решительного человека, настроенного на бескомпромиссную борьбу. С таким выражением матери защищают своих детей, солдаты идут в решающую атаку. Так смотрит человек, когда все поставлено на карту, и он не отступит ни при каких условиях. До Гризли это дошло слишком поздно: что его противник не свернет, он понял в последнее мгновение перед столкновением и решил свернуть сам. Однако скорость была слишком большая. Мотоцикл байкера сильно занесло, удержать его водителю было не под силу. Байк завалился на бок, следом за этим от удара о железобетонную опору несколько раз перевернулся, как подсеченная на полном скаку лошадь. Самого Гризли подбросило кверху, и бедняга с невероятной силой ударился головой о плиту перекрытия.

Когда Андрей, развернувшись, подъехал к тому месту, где лежал Гризли, тот был уже мертв.

Корешков снял очки с лица и, не мигая, смотрел на труп своего противника. Даже не верилось, что этого большого, физически сильного человека уже нет в живых. Не верилось также, что в живых остался он сам. А ведь несколько минут назад прощался с жизнью. Все, думал, нашла коса на камень, сейчас шмякнутся оба.

Андрей тяжело дышал, его начинал бить нервный озноб. По лицу и спине стекал пот. Он достал носовой платок, вытер лицо, затем снял шлем и что было сил швырнул его наземь.

Сторонники Гризли почуяли неладное и уже бежали сюда. Корешков сел на мотоцикл и помчался к выходу. Отъехав на некоторое расстояние от промзоны, он позвонил Сергею Багрянцеву.

Сотруднику РОВД не пришлось долго объяснять, что к чему. Он быстро разобрался в ситуации и сделал так, что на место гибели одного из свидетелей недавней страшной аварии на Дмитровском шоссе приехал лобненский следователь Казовский. Михаил Григорьевич расследует дело о гибели Святковской, видимо, дело о Гризли придется объединить в одно производство.

Утром тело Гризли по-прежнему лежало на том же месте, оно было прикрыто черной полиэтиленовой пленкой. Большинство байкеров, несмотря на уговоры милиционеров уехать, провели здесь всю ночь. Некоторые уезжали, а к утру вернулись. Они охотно давали показания Казовскому.

Вскоре после восхода солнце сюда, предварительно позвонив и уточнив, работает ли еще оперативная бригада, приехал Багрянцев.

— Ну как? Это точно Гризли? — поздоровавшись с Казовским, спросил он.

— Да. Порошкевич Геннадий Викторович. Есть документы.

— Смотрю, свидетелей больше чем достаточно. Что-нибудь удалось выяснить у дружков?

— Все в один голос утверждают, что их вожак делал покатушки, то бишь гонялся с каким-то неизвестным им байкером по кличке Прыгун. Думали, из новичков. Но когда увидели, как круто ездит, засомневались.

— Так в чем сейчас основная проблема? — поинтересовался Багрянцев.

— Установить, кто такой этот Прыгун. Как говаривал принц Гамлет, вот в чем вопрос. — Следователь испытующе посмотрел на высокопоставленного коллегу: — А что, Сергей Константинович, уж не твой ли Корешков сработал под загадочного Прыгуна? Не его стиль?

Багрянцев молча пожал плечами.

— Как полагаешь, кто он? — продолжал допытываться Казовский.

— Мне-то откуда знать? Одно могу сказать точно — в прошлой жизни он не был податливой плюшевой игрушкой.

— М-да, в этом можно не сомневаться.

— Михаил Григорьевич, а почему ты спросил про Корешкова?

— Да как объяснить… — Казовский почесал затылок. — Логика тут, в принципе, простая. Ведь раньше у него было право на ликвидацию разного рода отбросов общества. Может, он иногда этим правом до сих пор пользуется? А?

— Чего не знаю, того не знаю, — ответил Багрянцев. — А всякие фантазии — это не по моей части. Могу только сказать, что самосуд я осуждаю, и Корешкову это прекрасно известно.

 

* * *

 

Сказать, что после загадочной гибели выходца из России, угонщика с трудно выговариваемой фамилией Начеткин, в тюрьме городка Эберглюссе создалась напряженная обстановка, значит ничего не сказать. Обстановка была наэлектризована до последней степени. Безостановочно приезжали следователи и руководители всех рангов, вплоть до представителей Министерства внутренних дел. Под подозрением в убийстве Начеткина находились все сотрудники тюремной больницы, ее редкие пациенты и все заключенные самой тюрьмы. У каждого оказалось такое железное алиби, что дальше некуда.

Больше всех эти проверки потрепали нервы молодому врачу Курту Дорфхайму. Во-первых, в предполагаемое время смерти заключенного он находился на этаже практически один и мог заниматься чем угодно. Во-вторых, Курт всегда являлся на работу с самым большим портфелем. Непонятно, что врач с собой носит. Это как раз выяснилось быстро — заботливая жена Дорфхайма снабжала его немыслимым количеством еды: бутербродами, выпечкой, термосом с чаем. К смертельному уколу Курт тоже оказался непричастен. У Начеткина обнаружили экзотический сильнодействующий яд неизвестного происхождения. Судмедэксперты впервые столкнулись с таким. Они утверждали, что раньше такого на территории Германии отродясь не было. По косвенным признакам предполагали, что он произведен в России, однако сказать это со стопроцентной уверенностью не могли.

Что касается заключенных, тут основные подозрения пали на Вольфганга Флюсверта — второго угонщика, напарника Начеткина. Предполагали, тот убрал русского как нежелательного свидетеля. Следователей не смутило даже его алиби. Возможно, Флюсверт действовал через кого-то. Но все же убедились в полном отсутствии у него мотиваций. Даже в самом худшем случае за угон автомобиля ему не грозил такой большой срок, чтобы рисковать и отягощать свою судьбу убийством. Тем не менее каждый новый следователь первым делом вызывал на допрос именно Флюсверта. Сегодня после завтрака предстоял очередной. Об этом утром ему сообщил дежурный надзиратель.

— Черт знает что такое! — громогласно возмущался Вольфганг, услышав эту новость. — Если кому этот Начеткин и мешал, то уж никак не мне.

Он еще долго ругался — ив камере, и в коридоре по пути в душ. В душевой Флюсверт продолжал ругаться. Один из заключенных даже посоветовал ему пустить холодную воду, чтобы поостыть. Все, в том числе и сам Вольфганг, посмеялись над этим советом.

— О, нет, нет! — с наигранным испугом замахал руками Флюсверт. — Я терпеть не могу холод. Уж лучше я помолчу.

И действительно — до самого ухода его никто не слышал.

Душевая представляла собой проход, по обе стороны которого находилось по нескольку отсеков, которые были отделены один от другого кафельными перегородками, дверей здесь не было. Сделано это для того, чтобы надзирателям легче наблюдать за порядком в душевой. Они же следили за временем. Если этим заключенным позволить, будут торчать под душем сутками напролет.

— Все! Заканчивайте. Все на выход! — закричал надзиратель.

Повторять ему не пришлось: заключенные, выключив воду, гуськом направились мимо него в раздевалку. Душевая опустела. Стало тихо, лишь из одного отсека доносился шум льющейся воды.

— Я кому сказал — на выход!

Никакого ответа. Видимо, там никого нет. «Вот наглые поросята, — недовольно подумал надзиратель, — не могут за собой выключить воду. Нашли слугу».

Он подошел к тому отсеку, где лилась вода, и невольно отпрянул: на полу сидел заключенный с перерезанным горлом. Кровь стекала по груди и животу, смешиваясь с водой.

Это был угонщик Флюсверт.

 


Дата добавления: 2015-09-09; просмотров: 4 | Нарушение авторских прав

Глава 1 Крысиный угол | Глава 2 Очаровательная клиентка | Глава 3 Братья-разбойники | Глава 4 Ночная работа | Глава 5 Салон господина Потоцкого | Глава 6 Семейный круг | Глава 7 Падший ангел | Глава 8 На встречных курсах | Глава 9 Гороскоп девы | Глава 10 Особо важное задание |


lektsii.net - Лекции.Нет - 2014-2020 год. (0.04 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав