Студопедия  
Главная страница | Контакты | Случайная страница

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

И снова у нас в гостях благостный четверг

Читайте также:
  1. III. 4. 3. СОБЛЮДЕНИЕ ПРОТИВОПОКАЗАНИЙ НА ОСНОВАНИИ ИССЛЕДОВАНИЯ, а также ДОБРОВОЛЬНОСТИ ПРОВЕДЕНИЯ ПРИВИВОК.
  2. IV. Основания для предоставления единовременной социальной поддержки
  3. P-Основания. Вторичные основания.
  4. SWOT-аналіз як основа маркетингових досліджень
  5. VI. ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОЕ ОБОСНОВАНИЕ ПРОГРАММЫ ТРЕНИРОВОЧНЫХ ВОЗДЕЙСТВИЙ, НАПРАВЛЕННЫХ НА ПОВЫШЕНИЕ СПЕЦИАЛЬНОЙ РАБОТОСПОСОБНОСТИ КВАЛИФИЦИРОВАННЫХ БОКСЕРОВ
  6. XII. ОКОНЧАТЕЛЬНЫЙ ДИАГНОЗ И ЕГО ОБОСНОВАНИЕ
  7. Ай да четверг!
  8. Аммониевые и фосфониевые основания
  9. Ая основа – излишество относительно личности Хаджури.
  10. Ая основа – то, что Хаджури назвал хорошим тот куплет, который приводится в "Сафарини" и соответствует мазхабу аш'аритов.

 

И вот снова настал Благостный четверг. Был самый разгар весны, солнце круто повернуло на лето, разомкнуло лепестки золотых маков. Все утро с полей, окружающих военную базу Форт‑Норд, долетал пряный аромат голубых люпинов.

Гремучие змеи всех размеров выползли из убежищ и блаженно грелись на припеке. Обезумевший от весны кролик – достойный коллега Мартовского Зайца из «Алисы в стране чудес» – нахально проскакал по стрельбищу, прямо перед мишенями, на виду у двух рот. По нему радостно грянули из всех стволов – и что же? Хоть бы оцарапали: кролик, целый и невредимый, удрал за дюну. Отважная его выходка обошлась военной казне в 890 долларов, но зато сколько радости солдатам!

Мисс Грейвз проснулась в это утро, исполненная невероятным и радостным предчувствием. Она попробовала спеть хроматическую гамму и обнаружила, что к ней вернулся голос, – а значит, на землю вернулся лад! Так оно и было. Около полудня небо над заливом оранжево вскипело; несметные стаи бабочек‑данаид полетели к Пасифик‑Грову, к любимым своим соснам, и вот уже сосали сладкую тягучую живицу и падали, захмелев, на землю. В пожарном депо состоялось экстренное заседание организационного комитета праздника; из шкафов спешно извлекали короны добрых фей и коричневые подштанники коварных индейцев. Временно исполняющий обязанности мэра сочинил праздничное воззвание, которое незамедлительно опубликовала городская вечерняя газета.

В это утро был довольно сильный отлив, море словно разминалось всерьез перед главными весенними приливами; горячим солнцем ошпарило обнажившиеся прибрежные водоросли – и такой ядреный дух пошел от них, что тут же слетелись тучами голодные мухи.

У жителей Монтерея тоже было хорошее настроение. Судья Альбертсон отпустил на волю ясновидца – сам пострадавший, директор универсама, за него поручился.

Доктор Гораций Дормоди, удаляя пациенту аппендикс, то и дело принимался весело насвистывать себе в маску и даже рассказал анестезиологу политический анекдот; но о сломанной руке Дока ни словом не обмолвился. Мало ли какие курьезные истории приключаются с пациентами – все равно нужно хранить врачебную тайну. Впрочем, ничто не мешало доктору, вспоминая ночной вызов, усмехаться себе под нос…

Каким‑то непостижимым образом все, однако, узнали о доковой руке. Фауне внесли весть на подносе вместе с печеньем «хворост»; Алисе, Мейбл и Бекки – вместе с апельсиновым соком. Патрон услыхал новость от Какахуэте, который затем помчался на пустынный морской берег и трижды буйно протрубил припев песни «Милая Джорджия Браун», шесть раз виртуозно поменяв тональность.

Могучая Ида была так поражена новостью, что чуть не опрокинула огромную бутыль с беспородным виски «Сосновый каньон», которое вот‑вот должно было стать благородным, перелившись в бутылочки из‑под «Старого ворона».

Мак и ребята узнали о происшедшем чуть свет и сразу развили тайную кипучую деятельность…

Сюзи в семь часов открыла «Золотой мак»; как обычно, с утра было не вздохнуть от любителей кофе. Только ближе к полудню Сюзи услыхала, что Док сломал руку. Отлучиться с работы она не могла: Элла делала в парикмахерской химическую завивку. И надо заметить, что многих посетителей Сюзи в этот день обслужила престранно. Когда с ней весело заговаривали, она пусто глядела поверх голов; мистера Мак‑Мини назвала мистером Макси; а к почтенному мистеру Макси обратилась почему‑то: «Эй, вы!» – и подала ему яичницу в недожаренно‑слюнявом виде, отчего старика чуть не стошнило.

Мак первым явился в лабораторию, на место происшествия, – прибежал со сна босиком. С уважением пощупал свеженький гипс, выслушал неубедительное объяснение. Док по‑прежнему считал, что ночью рука попала между койкой и стеной.

– Что же ты теперь будешь делать? – спросил Мак.

– Не знаю. Но мне нужно работать в Ла‑Джолле, понимаешь, нужно!

Мак собрался было предложить свою с ребятами помощь, но тут какая‑то смутная мысль шевельнулась у него в голове.

– Не горюй, может, еще как‑нибудь уладится… – пробормотал Мак и пулей полетел в Ночлежку.

Там он первым делом осмотрел постель Элена: не тронута.

– Да, Элен сегодня дома не спал, – подтвердил Уайти I.

– Ну надо же, – проговорил Мак восхищенно. – А мы и не ведали, кто наш светлый гений!..

Мак вышел к кипарису, подлез под вислые нижние сучья и выволок Элена наружу, словно провинившегося щенка из‑под кровати, и чуть ли не на себе доставил в Королевскую ночлежку.

Элен находился в состоянии полного душевного изнеможения.

– Я не мог по‑другому, – бессильно проговорил он.

– Сюзи кто‑нибудь видел? – спросил Мак.

– Я видел, как она утром шла на работу, – сказал Эдди.

– Так ступай сообщи ей новость. Только как будто невзначай, – приказал Мак. – Как же ты до этого допер, Элен?

– Ты на меня сердишься?

– Нет, боже упаси. Конечно, мы не знаем, как себя Сюзи поведет, но по крайней мере это шаг в верном направлении. – Мак повернулся к двум Уайти. – Обратите внимание, Элен ему не ногу сломал, а руку. Правильно рассудил: ходить Док сможет, а работать – нет. Ты вот что, – обратился Мак к Уайти II, – ступай под окошко к Доку и стереги. Ежели кто захочет подвезти его в Ла‑Джоллу, поговори с этим человеком ласково – биту свою бейсбольную захвати. Кстати, где она?

– Я ее в море бросил, – сказал Элен.

– А, вот, значит, чем ты его! – воскликнул Мак. – Ладно, Уайти, возьми какой‑нибудь кусок трубы…

Потом Элен рухнул на постель и долго лежал недвижно, а Мак сидел подле, то и дело мочил в воде тряпицу и прикладывал к его пылающему челу.

Вдруг Элен заговорил с мучительным усилием:

– Мак, я не могу! Не справлюсь я с этим делом. Пусть хоть звезды мне приказывают, хоть полиция – не могу! Неученый я!

– Постой, ты о чем? Ты уж и так сделал все, что мог!

– Да я не об этом, – простонал Элен. – Скажи Фауне, пусть подыщет другого президента.

– Ба! – Мак уставился на него в изумлении. – Я‑то думал, ты давно забыл.

– Разве такое забудешь, – сдавленно сказал Элен. Я никого не хочу подводить, но, правда, я не гожусь. Ради бога, пособи, чтоб меня отчисляли из президентов! Ну очень прошу, ну пожалуйста!

Глаза Мака зажглись состраданием:

– Дурья ты наша, золотая ты наша головушка… Не беспокойся, никто тебя силком не заставит… А дело ты сделал благородное! Все мы сопляки против тебя.

– Ты не думай, я не устриц испугался! Если надо. я навозных жуков могу есть… Но как я – со всей страной? Я все испорчу. Не гожусь я для этой службы!

– Хорошо, не волнуйся, радость ты наша. Храбрец ты наш. Освобожу я тебя от этой службы. Это я тебе обещаю, я, Мак! – Мак поманил к себе Уайти I:– Ну‑ка, садись сюда и приголубливай его. И не давай вставать, покуда я не вернусь! – сказал и умчался.

 

 

– Слушай, надо срочно что‑то делать, – сказал Мак Фауне. – Мало ли что еще взбредет в голову нашему герою – возьмет и кого‑нибудь пристукнет!

– Да‑да, – сказала Фауна, – понимаю. Бегу. Вот только соображу, что с собой взять… Как ты думаешь, если я ему подарю обезьянью голову, он обрадуется?

– Конечно! – сказал Мак. – Он только о ней и мечтает.

Фауна развернула перед Эленом свою звездную карту и сказала:

– Ты знаешь, я тогда ошиблась, я думала, Сатурн на ущербе, а он в полной фазе. Я думала, у меня на карте точка, а это мушиное пятнышко.

– А может, ты врешь, утешить меня хочешь? – подозрительно спросил Элен. – Как я узнаю, что это правда?

– Сколько у тебя пальцев на ногах?

– Считал уже – девять.

– Посчитай‑ка еще раз.

Элен скинул ботинки:

– Да как будто все по‑старому…

– А что это вон там за пальчик подогнулся? Да, Элен, оба мы с тобой хороши! Я со звездами обсчиталась, а ты с пальцами. У тебя же их десять, как у всех людей! Просто мизинец подогнулся.

По лицу Элена медленно поползла улыбка – блаженная, неудержимая. Вдруг тень беспокойства снова омрачила чело:

– А кого вместо меня назначат?

– Вот уж не знаю.

– Ну, пусть только не справится! – угрожающе проговорил Элен. И лишь потом отдался чистосердечному ликованию: свободен, свободен! Громко запел: «Моя подружка, моя тень, за мною ходит целый день…»

Фауна свернула звездную карту и отправилась домой.

 

 

Уже почти в полдень на холм, к Королевской ночлежке взошел посыльный; где‑где, а тут ему прежде бывать не доводилось.

– Ребята, у меня там для вас здоровенный ящик. Я не нанимался тягать его в гору. Идите, забирайте свое добро.

– Ура! – вскричал Мак. – Привезли!

Спустя минуту они всей троицей – Элен, Уайти II и Мак – пыхтя тащили большой деревянный ящик к Ночлежке. На полдороге к ним подскочил Эдди:

– Сюзи пришла! Я за ней бежал. Насилу угнался! Она уже у Дока…

– Пособи‑ка нам, – сказал Мак. – Ну, и какой же у нее вид?

– Не женщина, а шаровая молния!

 

 

Они внесли ящик в Ночлежку; Мак взял маленький топорик, сбил крышку.

– Вот она, родимая!

– Где? Она же с Доком!

– Да я не про Сюзи. Смотрите сюда. – Все уставились на длинную черную трубу с восьмидюймовым зеркалом, на лежащие в соседнем отделении окуляры, на сложенную треногу.

– Видали? – гордо сказал Мак. – Самая здоровая штука во всем каталоге. Ух Док и обрадуется! А теперь, Эдди, рассказывай все снова по порядку, ничего не пропускай…

Какой же это был день – торжественный, нарядный, словно салинасская средняя школа прошла маршем по улицам со своими пурпурно‑золотыми стягами. В небе, на высоте четырехсот метров, парила эскадрилья веселых херувимов, держа как полотнище розовое облако, на котором то и дело вспыхивало и гасло слово БЛАГО. И чайка с перебитым крылом вдруг воспрянула, взлетела высоко в воздух, крича: «Благо! Благо!»

Сюзи мчалась так, что ноги за головой не поспевали. Тут ее перехватил Эдди, принялся болтать обычную ерунду о погоде. Сюзи буркнула что‑то в ответ, хоть и не поняла, что ее спросили и вообще кто это семенит рядом…

Она подбежала к крыльцу Западной биологической, не заметив Уайти II, стоявшего на часах с железным прутом. Появление Сюзи освобождало его от обязанностей, но он не ушел – остался подслушивать.

Запыхавшаяся Сюзи застыла перед дверью в той девической оробелости, которая как раз‑то и бьет наповал. Потом она немного отдышалась, постучала и вошла, а дверь затворить забыла – на радость Уайти II.

Док сидел на койке, уныло рассматривал груду снаряжения на полу.

– Я слышала, у тебя что‑то с рукой?– спросила Сюзи грудным голосом. – Может, тебе чем‑нибудь помочь?

Лицо Дока на мгновение просветлело, но тут же снова омрачилось.

– Не видать мне весенних, приливов, как своих ушей, – сказал он, глядя на гипс. – Не представляю, что теперь делать…

– Это больно? – спросила Сюзи.

– Нет, не очень. Потом, наверное, будет больнее.

– Я могла бы поехать с тобой в Ла‑Джоллу.

– И переворачивать камни по тридцать – сорок килограммов?

– Ничего, как‑нибудь сдюжу.

– Машину водить умеешь?

– Конечно.

– Все равнo, нет тебе смысла со мной ехать… – вздохнул Док. Но тут же из самой глубины его существа взметнулся крик:– Стоп, не то говорю! Есть смысл! Ты нужна мне, Сюзи. Пожалуйста, поехали со мной! Работы невпроворот, мне одному без руки не справиться.

– Ты мне будешь говорить, что делать, кого искать.

– Конечно! И сам я не такой уж немощный. Ведь у меня еще есть левая рука, правда?

– Ясное дело. Когда в путь?

– Не позднее сегодняшнего вечера. Если ехать всю ночь, как раз поспеем к утреннему отливу, он начинается в семь восемнадцать. Годится?

– Годится. Если я и вправду тебе нужна.

– Конечно нужна! Что я без тебя буду делать. Но мне жалко – ты намаешься.

– Это ерунда, – сказала Сюэи.

– Слушай, можно с тобой посоветоваться? Брехуня учредил для меня фонд в Калифорнийском технологическом институте…

– Что ж, хорошо.

– И на службе у них состоять не обязательно…

– Еще лучше.

– Но мне так и хочется послать его подальше вместе с его деньжищами.

– Ну и пошли.

– С другой стороны, там у них шикарное оборудование…

– Это хорошо.

– Только не люблю я ни на кого работать!

– Тогда не соглашайся.

– Но он меня зовет выступить с докладом перед Академией наук!

– Ну, тогда соглашайся.

– Но для этого мне надо книжку написать. А я не знаю, смогу ли. Что мне делать, Сюзи?

– А чего тебе самому больше хочется?

– Не знаю…

– Ну и ладно. Сейчас не знаешь, потом узнаешь. Слушай, у меня кое‑какие дела остались. Часа на два. Не поздно будет?

– Ничего, нормально. Лишь бы к вечеру выехать.

– Как закончу, сразу к тебе приду. – Сюзи направилась к двери.

– Сюзи, я тебя люблю, – сказал Док.

Сюзи стремительно обернулась, глянула на него из‑под строгих бровей. Потом медленно передохнула; твердо сжатые губы дрогнули, зацвели пухлой улыбкой, а глаза просияли нежно и страстно:

– Видать, и вправду судьба нам с тобой быть…

 


Дата добавления: 2015-09-09; просмотров: 4 | Нарушение авторских прав

Томительная пятница | Брехуня | Буря приближается | О, горе нам!.. | На свет появляется президент | Тернистой тропою величия | Поход за истиной | Судьба стучится в дверь | Хорошая сидячая ванна | В высшей степени комильфо |


lektsii.net - Лекции.Нет - 2014-2020 год. (0.036 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав